Таких показаний Ряховский придерживался при написании заявления на имя Генерального прокурора Российской Федерации, когда сообщал о своей преступной деятельности в целом.
Оставаясь последовательным, Ряховский при допросе 24 августа 1993 года конкретизировал место, где им совершалось убийство потерпевшего на территории Измайловского парка, и составил схему его расположения.
Свои показания он полностью подтвердил при выходе на место происшествия 26 августа 1993 года, когда они фиксировались с применением видеозаписи.
Проверкой приведенных показаний обвиняемого было установлено, что 25 октября 1992 года в месте, указанном им, обнаружен с
признаками насильственной смерти труп мужчины (названы фамилия, инициалы — Ред.).
При допросе 26 января 1994 года Ряховский, знакомясь с протоколом осмотра места происшествия и выводами судебно-медицинского эксперта по исследованию трупа, категорически заявил, что 26 августа 1993 года он дал подробные показания об убийстве последнего.
Изложенные показания обвиняемого о времени, месте и способе убийства полностью подтверждаются следующими собранными по делу доказательствами.
Так, из протокола осмотра места происшествия следует, что труп обнаружен в лесном массиве Измайловского парка на расстоянии 200 метров от Главной аллеи и 100 метрах от высоковольтной линии. Голова погибшего накрыта пальто темного цвета. На нем имелась следующая одежда: свитер зелено-красного цвета с бело-черным узором, майка хлопчатобумажная, подтяжки. Брюки темного цвета приспущены до голеностопных суставов. Плавки цветные спущены до нижней трети ягодиц. В полости рта находился кусок белой материи. Наружные половые органы отсутствуют.
Потерпевшая, мать погибшего, в своих показаниях от 3 ноября 1992 года пояснила, что ее сын 21 октября того же года уехал ксвоему знакомому. На нем была одежда, в которой он впоследствии был обнаружен погибшим в Измайловским парке Москвы. Он намеревался остаться ночевать у того. Больше живым она его не видела.
Будучи допрошенным в качестве свидетеля, знакомый погибшего в своих показаниях от 2 ноября 1992 года пояснил следующее.
Погибшего он знает с первого класса. В начале октября того же года он был у того дома в гостях. 21 октября 1992 года он вновь навестил его по месту жительства. Пробыв в его квартире незначительное время, они после приобретения спиртных напитков приехали к нему домой. В ночь с 21 на 22 октября погибший ночевал у него дома, а утром он проводил его до автобусной остановки. Больше с ним не встречался. При каких обстоятельствах он мог оказаться в Измайловском парке Москвы, ему неизвестно. В дальнейшем ему стало известно о смерти потерпевшего.
Свидетель, отец погибшего, в своих показаниях от 3 ноября 1992 года пояснил, что его сын ушел из дома 21 октября того же года и больше домой не возвращался. 23 октября 1992 года он совместно с женой поинтересовался у знакомого сына о местонахождении сына, однако жена знакомого ему заявила, что тот уехал от них утром 22 октября 1992 года.
Показания свидетеля — отца — полностью согласуются с показаниями свидетеля — жены знакомого его сына, подтвердившей факт нахождения погибшего в их квартире в ночь с 21 на 22 октября 1992 года.
Свидетель, проживающая в районе Измайловского парка Москвы, в своих показаниях от 26 октября 1992 года пояснила, что накануне она находилась с собакой на территории Измайловского парка непосредственно вблизи Главной аллеи и первой линии электропередачи. Следуя по тропинке, прилегающей к электролинии, она увидела погибшего человека. Об этом она тут же сообщила работникам милиции.
Помимо приведенных показаний обвиняемого и свидетелей, виновность Ряховского подтверждается другими доказательствами.
Из заключения судебно-медицинского исследования трупа следует, что на нем обнаружены следующие повреждения:
— наличие инородного предмета (носового платка) в просвете гортани, плотно закрывающего просвет гортани, проникая до голосовых связок; мелкоточечные кровоизлияния в соединительные оболочки глаз, отек мозга, легких; наличие мелкоточечных кровоизлияний под эпикард и легочную плевру;
— ампутация половых органов;
— кровоподтеки лица, коленных суставов, две ссадины грудной клетки.
При судебно-химическом исследовании в крови и моче обнаружен этиловый спирт в количестве 1,4 % в крови и 2,2 % в моче.
Причиной смерти явилась механическая асфиксия, развившаяся в результате закрытия дыхательных путей инородным предметом.
Время наступления смерти, судя по состоянию трупных явлений, может соответствовать 25 октября 1992 года.
При исследовании вещественных доказательств — носового платка — судебно-биологическая экспертиза пришла к выводу о том, что на нем обнаружена кровь человека с примесью слюны и она могла произойти от самого потерпевшего.
Проведенной судебно-биологической экспертизой, исследовавшей плавки и майку потерпевшего, следов спермы на них не обнаружено.
При исследовании брюк и пальто, принадлежавших погибшему, судебно-биологической экспертизой следов крови на них не выявлено.