Бри со всей возможной аккуратностью сменила тему разговора:
– Что ты приготовила Хьюго на день рождения? Парням так трудно угодить с подарком!
Впрочем, с Холдо у нее проблем не возникало никогда. Он был предсказуемо рад очередной стопке книг.
Жасмин заметно расслабилась.
– Боже, я целый месяц ломала голову. Что вообще можно подарить Хьюго? В смысле, у него же все есть. Но потом меня осенило. Хочешь взглянуть?
Бри кивнула.
– Только мой подарок немного банальный…
– Уверена, он чудесный.
Жасмин выдвинула ящик прикроватной тумбочки и достала маленькую бархатную коробочку. На крышке роскошного пурпурного цвета мерцал серебряный логотип.
– Ого, выглядит круто.
– Еще бы.
Бри взяла коробочку и бережно ее открыла. На пурпурном шелке, свернувшись, точно змея, лежала толстая серебряная цепь с массивным кулоном.
Это было ужасно. Так ужасно, что Бри немедленно прониклась к Жасмин жалостью. Из-за ее дурного вкуса и из-за того, как безоглядно она была влюблена в Хьюго.
– Боже, Жасмин, это потрясающе!
– Скажи? Там еще есть надпись.
Бри перевернула кулон, стараясь не запачкать полированную поверхность – хотя, если говорить откровенно, сделать эту штуку хуже было просто невозможно.
Надпись гласила: «Сегодня я люблю тебя больше, чем вчера, но меньше, чем буду любить завтра».
Святые угодники.
– Мин, это так красиво! Ты сама придумала?
Та чуть не лопнула от гордости – как будто выковала кулон и цепь вручную.
– Нет. К сожалению. Просто нагуглила «лучшие цитаты о любви» и выбрала самую глубокую. Классная, правда? Ты сперва дочитываешь ее до конца, а потом возвращаешься к началу и думаешь: «Ого, как изящно».
– Хьюго будет в восторге.
Нет, не будет. Жасмин совсем его не знала. Разумеется, вскрыв подарок, он изобразит радость, а потом выбросит его в кусты и еще помочится первым, чтобы дружки не опередили.
– Думаешь?
– Уверена. И этот кулон станет прекрасной памятью, когда вы оба поступите в университеты.
– Не напоминай. – Жасмин плюхнулась на кровать. – Думаю, я скончаюсь от разбитого сердца прямо на выпускном балу.
– Разлука служит хорошей проверкой для отношений.
Жасмин скосила на нее глаза.
– Ага, особенно для отношений с таким, как Хьюго.
С этими словами она уставилась в темноту за окном и залпом прикончила стакан. Бри смотрела, как содрогается ее горло. Сколько Жасмин уже выпила? А ведь не было еще и семи.
Чтобы разрядить обстановку, Бри выкрутила звук на стереосистеме, выпучила глаза и начала подпевать в лак для волос будто в микрофон. Жасмин в принципе не умела долго хандрить, поэтому вскоре захихикала и присоединилась к подруге. Так, завывая под музыку а-ля пародия на Марию Каллас, они завили Бри плойкой, утопили друг друга в ядерных облаках парфюма и принялись натягивать вечерние платья.
К наряду Бри прилагались чулки – чтобы разнообразить бессменные колготки и сделать ноги сексуальнее. Увы, надеть их оказалось не такой простой задачей – особенно распевая поп-оперу Бри запрыгала на одной ноге, не удержала равновесия и рухнула на кровать поверх Жасмин.
– У-у-упс.
Обе захохотали.
– Бри, ты мне сейчас минимум десять ребер сломала!
– Прости. Это все дурацкие чулки.
Она перекатилась на спину и снова начала нащупывать пальцами носок.
– Черт возьми, Бри! Что это за порезы?!
Комната наполнилась холодом. В голову Бри ударил лед – как если бы она залпом выпила колу из морозилки. Она опустила взгляд. При падении платье задралось, обнажив покрытые шрамами бедра. Сейчас они казались еще злее и отвратительнее, чем обычно.
Бри рывком опустила подол.
– Ничего, – ответила она резко.
– Бри… – Жасмин уселась рядом с ней. – Что с тобой? Покажи! Ты в порядке?
В ушах у Бри шумела кровь.
– Пустяки, – ответила она, стараясь, чтобы голос не дрожал. – Правда. Я просто… Э-э…
Но отуманенный вишневыми коктейлями мозг не мог изобрести хоть сколько-нибудь правдоподобного объяснения. Бри почувствовала, как ее затапливает стыд, и сердито скрестила руки на груди.
– Проехали, Мин.
– Почему ты их прячешь?
– Не на что там смотреть.
– Ты сама это сделала? – тихо спросила Жасмин, придвигаясь к Бри на кровати.
– Нет.
– Все в порядке. Мне ты можешь рассказать. – Она потянулась обнять Бри, и та передернула плечами.
– Пожалуйста, давай просто забудем.
Голос Бри предал ее и надломился. Она принялась царапать ладонь, стараясь заглушить этим ощущением беспросветное унижение.
