Подготовив стол, мы вернулись в чилаут. Я расположилась на удобном небольшом стульчике, около которого стоял маленький стол и вокруг которого уже расположились ребята. Площадь была маленькая для такой компании, а потому кто-то продолжал стоять, Ирка села на самом крыльце, у входа. Игорь же удобно, по-королевски развалился на разложенном специально здесь матрасе прямо у моих ног. Будто случайно.
Завязался спор по поводу необходимости ехать на вечеринку на байках. Большинство решили сесть за руль, переждать ночь в клубе, а утром отправиться спозаранку по домам. Это был самый оптимальный вариант: ночью на дорогах в Гоа в субботу бывало небезопасно. А тем более в такой сезон.
– Как-то мчался я на всех парусах в Арамболь, – начал рассказывать Игорь, – и уже издали, к счастью, увидал что-то большое, лежащее прямо посередь дороги. Оно было похоже на приплюснутый камень. Я успел притормозить и увидел огромную черепаху, ме-е-ед-ленно передвигающуюся по асфальту. Понимаете, Вселенная посылает нам знаки! Тогда я решил, что мне нужно срочно замедлиться. Буквально через километр на дороге показалась жуткая авария…
Игорь улыбнулся и тихо отхлебнул чая, отведя глаза от слушателей и словно давая возможность каждому поразмыслить на этот счёт.
– Да, Индия порой рисует тебе дороги, по которым стоит ходить. Главное, видеть эти маленькие белые чёрточки на её песке, – одобрительно сказал Лёха и сделал жест руками так, как будто рисовал эти чёрточки.
Потом я узнала, что он был бывалым гоанцем, практикующим здесь тайские массажи. Конечно же, зарабатывая этим и воспитывая маленького сына. Про его жену ничего не было известно. Мне даже показалось, что он тот самый редкий отец-одиночка. Так много и с любовью он говорил о сыне.
Все молча пили чай, задумчиво и расслабленно развалившись на своих местах. Но даже те, кто стоял, чувствовали себя здесь, в предпокоях Игорева дома, желанными гостями: настолько здесь было комфортно. Защищённо, уютно, естественно. Безусловно, атмосферу создавал сам хозяин, исключительно гостеприимно ведя себя по отношению к своим гостям.
Внезапно я почувствовала, как Игорь почти незаметно захватил в объятья своих крепких пальцев лодыжку моей правой ноги, которая находилась прямо рядом с ним. Узкая часть моей ноги была полностью обёрнута его большой кистью, словно на ней образовалась цепь. Я затаила дыхание и сглотнула. Но виду не подала.
Признаться, не было это ни пошло, ни развратно, но одним только движением этим мне было протранслировано столько доминирования и эротики, что у меня по телу пробежала мелкая дрожь. Это был весьма говорящий жест, и лично мне он говорил всё: он меня выбрал.
С того самого момента, как мы сели за стол, мы не сказали друг другу ни слова. Сколько же было в нём, казалось бы, невидимого, но совершенно непрекращающегося контроля за ситуацией, что одним только движением он дал мне всё понять, заранее почувствовав моё лёгкое беспокойство. И я молча повиновалась.
Ребята допивали свой чай, время на часах подходило к четырём, и декорациям уже давно пора было меняться. Зевающие Сашка с Макаром внезапно начали утвердительно вещать всем присутствующим о том, что собираются остаться у Игоря:
– Блин, у тебя тут такие классные покои, дядька! Мягко, свежо, звёзды! Мы, пожалуй, останемся спать у тебя. Да, Макар?
Хозяин тихо посмеялся, но ничего не ответил, спокойно переведя взгляд на следующего говорящего.
– Ой, а я могу лечь спать прямо вот здесь, на матрасиках, на полу, на воздухе! Предвкушаю, как мне будет хорошо! – Предприимчивая Ирка сразу подхватила тему.
В этот момент я поймала совершенно новые ощущения в себе и на мгновение прислушалась. Страх оказаться с Игорем в одной квартире внезапно куда-то делся, разменяв себя на другой: я боялась его упустить!
А дальше… дальше откуда-то возникло… желание обозначить себя на этой территории. Я не могла позволить, чтобы в доме неожиданного, но безумно влекущего меня к себе человека, с которым я провела настолько тёплый вечер, вместе с нами разлеглась бы компания молодых тусовщиков.
И тогда неожиданно для самой себя я тихо, но довольно отчётливо и однозначно произнесла то, что ни ранее, ни после больше никогда не говорила:
– Нет, ребят. Здесь сегодня остаюсь я… – и замолкла, кротко посмотрев в лица каждого.
Тогда показалось, что фраза эта была для меня абсолютно естественной.
Всего несколько чётких и уверенных слов, которые я должна была сказать. Словно ответ на вопрос о возрасте или имени-отчестве.
Но в чилауте внезапно воцарилось молчание, все замерли в немом удивлении и резко перевели на меня взгляд. Я сидела на своём месте не шелохнувшись с невозмутимым лицом, абсолютно не терпящим никаких возражений, и поглядывала на всех остальных, обращённых ко мне.
И тут где-то из глубины гортани начал подниматься чей-то тихий удовлетворённый смех. Игорь смеялся и всё крепче и крепче одобрительно сжимал свои скреплённые ранее пальцы на моей узкой щиколотке, словно подтверждая, что никуда меня и сам теперь не отпустит.
