Она молча зашла в его кабинет, не здороваясь, села на стул напротив Андрея, без спросу вытащила из лежавшей на столе пачки "Мальборо" сигарету, щелкнула дубовской же зажигалкой и затянулась неумело, почти сразу же закашлявшись.
Андрей, привыкший за годы работы с "творческими" женщинами к тому, что у них часто случаются депрессии или срывы, сидел и молча смотрел на нее, не задавая вопросов, ожидая, когда она заговорит первой.
Так и случилось – не сделав и пяти затяжек, она бросила сигарету и зарыдала – горько и громко, пряча лицо в ладонях.
– Лариска, что случилось? – осторожно спросил Андрей, обойдя стол и останавливаясь напротив нее.
– Меня... изнасиловали...
– Кто? Когда?
От неожиданности ее слов он даже не сообразил сразу, что более глупых вопросов придумать было просто невозможно.
Вместо ответа она зарыдала еще громче.
– Успокойся, Лариска!
– Андрюша, какие они сволочи!
– Как это случилось?
– Я вчера шла домой... По проспекту Машерова, от метро, как обычно... Рядом остановилась машина. Они спросили меня о чем-то, а потом схватили и затолкали на заднее сиденье.
– Номера машины запомнила?
Лариса даже плакать перестала, удивленно посмотрев на Андрея, – он что, действительно идиот?!
– Да как я могла их запомнить!
– А марка машины какая?
– Андрей, да не разбираюсь я в марках – большая, красная, красивая такая...
– Ясно. И что дальше было?
– Мне завязали глаза и отвезли куда-то на дачу. А там... – она снова расплакалась, не в силах выговорить и не в состоянии вспоминать, что произошло с ней на той проклятой даче. – А там они насиловали меня! Всю ночь! Ты понимаешь? Они били меня! На мне живого места нет!
– Успокойся, Лариса, не кричи, – Дубов даже вспотел от волнения.
Он налил ей стакан воды, и пока она пила маленькими судорожными глотками, сам нервно схватил сигарету и закурил, пытаясь осмыслить ситуацию.
– А утром они снова завязал" мне глаза, отвезли в город и вытолкнули ив машины на том же самом месте.
– А ты их не знаешь?
– Конечно, нет!
– А они чего-нибудь от тебя хотели? Чем-то угрожали? Что-то выпытывали?
– Нет! Трахаться им хотелось видите ли.
– То есть все случилось без какой-то причины?
– Конечно! Какая тут должна быть особенная причина, Андрей?!
– Слушай, надо позвонить в милицию...
– Нет, – она встрепенулась и протестующе протянула руку к телефону, как будто готовясь вырвать трубку из рук Дубова. – Не хочу. Начнутся все эти экспертизы, допросы, снятия показаний...
– Но их же надо найти!
– Я им глаза выцарапаю, если где в городе встречу! Я им все яйца поотрываю...
– Тише, тише, Лариса! Здесь стены тонкие, да и в коридоре могут услышать, – он погладил ее по плечам, пытаясь успокоить. – Раздевайся, я тебе сейчас кофе сварю...
– А что снимать, плащ? Тебе хочется на меня голую посмотреть?
– Ну что ты глупости-то говоришь, как тебе не стыдно, Лариса!
– Извини, – она попыталась улыбнуться, – я не хотела тебя обидеть. Просто... У меня под плащом почти ничего нет – всю одежду в клочья порвали, гады!
– Ну и ладно. Можно и в плаще кофе попить, правда?
И вдруг он вернулся на свое место, сел и обессиленно положил руки на стол:
– Черт, что же с тобой делать-то?
Она горько улыбнулась:
– А что тут сделаешь? Если можешь, отпусти меня на пару дней – отлежусь дома.
– Конечно.
– Тогда я пойду, – она встала, взяла сумочку, собираясь уходить, но Дубов вскочил со своего места и стал быстро натягивать куртку:
– Погоди секунду. Я отвезу тебя домой. Я сегодня как раз на машине.
– Что ж, и на том спасибо!..
Выписавшись из больницы, Николай с удвоенной энергией взялся за дело, будто хотел в считанные дни наверстать то, что упустил за два с половиной месяца вынужденного бездействия.
Он поставил перед собой задачу во что бы то ни стало за месяц подготовить и выпустить в эфир первую из передач, подсказанных таинственным незнакомцем. Именно в ней был запланирован сюжет о деятельности фирмы "Технология и инжениринг".
Всю работу по подготовке передачи Николай взял на себя, в общих чертах рассказывая о том, как движутся дела, лишь двоим – Андрею и Ларисе.
Он еще раз перепроверил все документы, данные таможенников и налоговой инспекции. Он взял интервью у водителя из гаража администрации президента, которому досталась одна из двух знаменитых "Вольво", расспрашивая о ее достоинствах по сравнению с отечественной "Волгой". Скрытой камерой (иначе бы не позволила охрана) он даже сумел заснять автосалон "Технологии", весь заставленный новыми сверкающими машинами.
И вдруг все пошло наперекосяк.
Одним прекрасным утром неожиданно обнаружилось, что в их компьютере стерты все файлы той программы, которую составляла Лариса на основе данных таможенной службы. Исчезло все – сколько автомашин ввезено фирмой, какого литража, на какую сумму ей пришлось бы раскошелиться, если бы растаможка происходила в соответствии с действовавшим законодательством.
Потом из монтажной исчезла видеокассета с сюжетом из автосалона.
