Они в полном молчании спустились до озера. Ремусу было очень непривычно видеть Эшли такой молчаливой. Он все время косился на нее и удивлялся ее спокойствию. Она сама на себя не походила.
— Эшли, я думаю, нам надо поговорить, — сказал Ремус, внимательно глядя за ее реакцией.
— Да, наверное, надо, — сказала она. Эшли даже оставила в покое свою косу. Это заставило Ремуса сильно беспокоиться.
Что-то тут не так.
Он присмотрелся к ней, пытаясь уловить ее настроение. Ее чувства были сильно приглушены. Если раньше от нее всегда исходили сильные волны, то сейчас была лишь небольшая рябь. Ее выдавали лишь беспокойный взгляд, который не задерживался на одном месте дольше секунды и постоянно пересыхающие губы. А венка на ее шее говорила об учащенном пульсе.
Пока Ремус размышлял, что она сделала, чтобы скрыть свои эмоции и, главное, для чего она это сделала, Эшли остановилась и повернулась к нему лицом.
— Я скажу первая, хорошо?
Ремус кивнул. Эшли вновь схватилась за косу, накручивая кончик на палец, но быстро спохватилась и завела руки назад. Ремус за всем этим с удивлением наблюдал.
— Я, наверное, слишком давлю на тебя, — сказала она, остановившись взглядом на его лице, но не глядя в глаза. — Просто я привыкла к тому, что если тебе нравится человек, надо ему об этом сказать, — Эшли облизала губы и посмотрела ему в глаза. — Но я как-то не подумала о том, что это бывает не взаимно. И что другому это может быть совсем не нужно.
У него сердце кровью обливалось, глядя на нее. Всегда кристально чистые и искрящиеся глаза Эшли, сейчас были потухшими и грустными.
Ему хотелось кричать и убеждать ее, что она очень и очень ему нравится, что он все на свете бы отдал, лишь бы быть с ней и видеть ее улыбку и счастливые глаза.
В горле встал ком и мешал говорить.
— Ты, наверное, не знаешь, но я разговаривала с твоими друзьями, — Эшли опять схватилась за косу, но тут же ее отпустила, — с Северусом Снейпом и Сириусом Блэком.
Эшли внимательно на него посмотрела, но на это Ремус решил ничего не отвечать. Все-таки они оба просили ничего не говорить об этом.
— Сириус, конечно, много всего наболтал мне, — она слабо улыбнулась, — но из всего этого я поняла только одно. Если бы я тебе нравилась, ты бы не стал меня избегать. А так я только сама себя мучаю. Еще и тебя достаю своим назойливым вниманием, — вздохнула она и грустно улыбнулась.
Этого Ремус уже вынести не смог. Слова полились из его рта прежде, чем он успел их обдумать.
— Эшли, — прервал ее Ремус, — это все не так. Ты мне правда очень нравишься. Мне нравишься ты и нравится проводить с тобой время, — Ремус чувствовал, как краснеют его щеки, — ты самая невероятная и добрая девушка, что я когда-либо встречал, но…
— Но, что? — спросила она, с надеждой глядя на него, — в чем тогда причина?
— Я…я не могу связать себя никакими отношениями, — выдавил он.
— Почему?
— Я не могу сказать, — Ремусу казалось, еще немного и его сердце не выдержит. Ему было невыносимо больно смотреть в глаза Эшли, в которых было столько тоски и отчаяния, на опущенные уголки ее губ, и поникшие плечи.
— По-моему, я заслуживаю знать правду? — неуверенно спросила она.
— Эшли, я…я просто… — слова застревали в горле. Ремус начал паниковать и с трудом подбирал слова, — я просто не могу, Эшли. Ты прекрасная девушка и достойна кого-то лучшего.
— Но самый лучший — это ты! — сказала она, подходя ближе, — в Хогвартсе нет человека, замечательнее тебя, Ремус.
— Ты не знаешь всего, — хриплым голос ответил он, делая небольшой шаг назад, — тебе опасно находиться рядом со мной.
Эшли нахмурилась, непонимающе глядя на него.
— А если я не боюсь? — спросила она и, не дождавшись ответа, добавила: — Почему ты решаешь за меня?
У Ремуса вновь в душе появилась надежда, что Эшли сможет принять его таким, какой он есть. Ему так хотелось наплевать на все свои принципы и правила и хотя бы раз в жизни быть обычным человеком. У которого есть друзья, у которого есть любимая девушка. И которому не надо раз в месяц обрастать мехом.
«Подумай хоть раз в жизни о себе, а не о других. И позволь себе порадоваться жизни, как любой нормальный человек»
Эшли подошла к нему и взяла за руку.
— Я не знаю, что за причина у тебя, Ремус, но чтобы это ни было, каждый человек заслуживает счастья. И ты его заслуживаешь больше всех, — она сжала его ладонь своими хрупкими пальчиками. — И, пожалуйста, позволь мне быть к этому причастной.
Ремусу очень хотелось согласиться. Он смотрел в ее глаза, полные надежды, света и нежности и просто не мог ей отказать. Он до последнего боролся с собой и, наконец, решил.
Эшли еще мгновение с немой мольбой смотрела ему в глаза, но потом опустила взгляд, и Ремус почувствовал, как ее пальцы выскальзывают из его ладони.
— Эшли…
Он легко притянул ее к себе, наклонился и поцеловал. Поцеловал со всей нежностью, что так долго копилась в его душе. Она ответила ему на поцелуй и, приподнявшись на носочках, обвила его шею руками.
И в этот момент, это решение казалось ему самым правильным, которое только может быть.
