— Я буду готов принять ее к обеду, — сказал он, — с извинениями. Так ей и передайте.
— А еще у нас первым уроком Трансфигурация, — сказал Северус.
— О, вот Минни расстраивать совсем не хочется! — заплетающимся языком произнес Джеймс, криво усмехаясь. — Замечательная, все-таки, женщина… Будь она моложе лет на двадцать, у Эванс бы и шанса не было.
Сириус опять громко рассмеялся, которого тут же подхватил и Джеймс, смех которого больше походил на истерику.
— Вот Минни, наверное, не ломалась бы столько месяцев, — сказал Джеймс, отдышавшись.
— Ты отвратителен, Джеймс, — произнес Северус, скривив губы, — неужели ты себе это представляешь?
Джеймс этот вопрос проигнорировал.
— А еще Минни в квиддич играла! — воскликнул он, — вы знали? На позиции охотника. И была лучшей в этом.
— Правда? — удивился Сириус, — она, наверное, в молодости была очень горячей.
— И как это вообще связано? — проворчал Северус.
— Поэтому, Джеймс, давай ты не будешь расстраивать Минни и явишься завтра на урок вовремя и трезвый, — сказал Ремус.
Джеймс тяжело вздохнул, думая, что Ремус прав, опаздывать и приходить пьяным нельзя.
— Ты прав, Рем, — сказал Джеймс, поднимая на него глаза и начиная улыбаться, — на Трансфигурацию мы завтра не пойдем.
Сириус его с удовольствием поддержал, а Ремус только недовольно головой покачал. Джеймс поднялся с дивана и повернулся к Сириусу.
— У меня появилась идея, — сказал он Сириусу, — пойдемте в «Три метлы»!
Сириус тут же подорвался с радостным криком.
— Вы с ума сошли, — разочарованно протянул Ремус.
— Вы не можете туда пойти, — строго сказал Северус, — вас могут увидеть преподаватели.
— Да не в первый раз! — Джеймс махнул рукой и уже начал надевать свою куртку, в предвкушении повеселиться. — Кто не рискует, тот не пьет, — Джеймс громко икнул, — шампанского. А мы же гриффиндорцы! Риск — это наше все!
— Годрик сейчас в гробу перевернулся, — сказал Северус, с недовольством глядя на друга.
— Сириус, ты же понимаешь, что это плохая идея? — обратился к нему Ремус.
— Почему плохая? — изумился Сириус, — идея прекрасная. Сохатому не помешает отвлечься.
— Сохатому не помешает, — кивнул Джеймс, с трудом застегивая замок.
— Мы не можем пойти с вами, — сказал Северус, глядя то на Джеймса, то на Сириуса, — как-то не хочется вылететь из школы на последнем курсе.
— Все нормально, — Сириус похлопал того по плечу и кивнул на Джеймса, — я за ним прослежу.
— А за тобой-то кто проследит? — спросил у него Ремус.
— Эй, эй, — оскорбился Сириус, — я абсолютно трезв и способен присмотреть за Джеймсом.
Джеймс чуть не растаял от заботы и поддержки друга. Он навалился на его плечо, расплываясь в улыбке и невнятно произнес:
— Да, Бродяга, как стекло.
— Ну, по сравнению с тобой, конечно, — хмыкнул Северус.
— Мам, пап, слушайте, все нормально, — уверенно сказал Сириус, сдерживая смех и глядя на Северуса и Ремуса, — мы погуляем еще немного и вернемся в замок. В самом деле, не в первый раз.
Те на него с сомнением смотрели, пока Джеймс все еще мучался с замком на курке.
— К тому же, еще только недавно был отбой, — продолжил Сириус, — есть шанс встретить Эванс в гостиной. А ей нельзя такого Джеймса видеть, — он повернулся на друга и, заметив его мучения, достал палочку, произнося заклинание, от чего молния тут же застегнулась, а Джеймс растекся в улыбке.
— Ладно, — сказал Ремус, — только, пожалуйста, Сириус, не наделайте глупостей.
— Да никогда! — возмутился он.
Ремус бросил еще один беспокойный взгляд на Джеймса и Сириуса и, вместе с Северусом, скрылся в проходе.
— Ну, что, Сохатый, готов повеселиться? — спросил Сириус, накидывая на себя куртку.
— Сохатый готов, — ответил он.
Они вышли на улицу и направились в сторону Хогсмида. На улице уже была непроглядная тьма, а на черном небе горели сотни тысяч звезд.
— Только посмотри, как красиво, — тихо сказал Джеймс, останавливаясь и глядя в небо.
— Давай мы не будем смотреть на звезды, — усмехнулся Сириус, — ничего голубее придумать невозможно.
Джеймс посмеялся и шатающейся походкой пошел за другом.
Они направились в «Три метлы», предварительно проверив, чтобы там не было преподавателей.
В пабе уже было значительно меньше народу, чем днем, но все равно людно и шумно. Из студентов были только он с Сириусом и еще несколько пуффендуек с седьмого и шестого курсов, которые непонятно каким образом оказались в пабе в такой час. Они сразу все сели за один большой стол, позднее к которому еще присоединились несколько местных жителей.
Для Джеймса это было то, что нужно. Веселая компания, громкая музыка и медовуха, которую разливал им Сириус из-под полы.
После закрытия «Трех метел» загул плавно перетек в «Кабанью голову», все в том же составе.
