Его взгляд длился лишь мгновенье. Он тут же отвернулся и вновь уставился в пол, неопределенно хмыкнув.
— Нормально.
Сколько она уже общается с Регулусом, он никогда не говорил то, что было у него на уме. Он всегда тщательно следил за своими словами и эмоциями, не позволяя другим сблизиться с ним. Вот и сейчас, его что-то очень беспокоит, но сказать об этом он не может, не привыкнув ни с кем делиться своими чувствами.
София знала, что у Регулуса нет близких друзей в школе. У него есть несколько приятелей, но по большей части он всегда один. Один приходит на завтрак, один сидит в гостиной. Один ходит в библиотеку. София не понаслышке знала, каково это, когда не с кем поговорить. Каково, когда нет друга, готового тебя поддержать и утешить. Каково это, когда ты один в целом мире.
Регулус всегда выглядел таким высокомерным и холодным. Человеком, которому не нужна ничья помощь и ничье общество. Но сейчас, сняв с лица свое надменное безразличие, он выглядел глубоко несчастным и одиноким мальчиком. Ей было до боли в груди жаль Регулуса. Он напоминал ей саму себя, когда пропал Джори, и когда она осталась совершенно одна во всем мире.
Но она не представляла, как его утешить и чем помочь. Не знала, что нужно говорить и как себя вести.
Она спросила первое пришедшее в голову, надеясь его хотя бы просто разговорить.
— Так ты из-за какой-то девчонки убиваешься? — спросила она, — ни за что не поверю, что ты кого-то не можешь заполучить. За тобой ведь толпами бегают.
— Нет, из-за нее я не убиваюсь, — довольно грубо ответил он, — она все равно будет моей.
София еле сдержалась, чтобы не закатить глаза, думая о том, что блэковская самоуверенность не знает границ.
— А из-за чего тогда?
Регулус ничего не отвечал, все так же молча глядя в пол.
— Регси…
— Ты когда-нибудь ненавидела?
— О, да, — усмехнулась София. — Замечательное чувство. В такие моменты кажется, что ты не только горы можешь свернуть, но и шею ненавистному человеку, одним лишь взглядом.
Регулус на нее удивленно посмотрел, не понимая, шутит ли она. А София в этот момент подумала о Блэке и о том, что он все еще способен временами вызывать в ней такую жгучую ненависть, что удивительно, как он вообще еще жив остался.
— И кто этот несчастный, которого ты ненавидишь? — спросила у него София, понимая, что продолжать он не собирается.
Регулус опять опустил взгляд, запуская пальце себе в волосы и заметно нервничая.
— Я ненавижу…ненавижу Поттера.
Софии на долю секунды показалось, что вначале он хотел произнести другое имя, но она тут же об этом забыла, едва услышав знакомую фамилию.
— Поттера?! Почему? — София не верила своим ушам. Поттер, конечно, был своеобразным человеком, он мог не нравится или вызывать раздражение, но ненавидеть его было невозможно.
Регулус тяжело дышал и сжимал кулаки с такой силой, что побелели костяшки пальцев. В глазах вспыхнул огонь, делая его еще больше похожим на брата.
Озарение к ней пришло само собой. София поняла, что Регулус ревновал. Ревновал своего брата к его лучшему другу.
— Регулус, — она аккуратно прикоснулась к его руке, — Поттер тебе не соперник. Ты ведь понимаешь это?
— Сириус всегда с ним! — крикнул он. — Как только ушел в школу…сразу забыл о семье! О нас!
Софии еще не доводилось видеть Регулуса с перекошенным от злобы лицом и с отчаянием в глазах.
— Таскается повсюду с этим недоумком! А меня словно и не существует! — выпалил он. У Регулуса в глазах на мгновение промелькнул испуг, он тут же нацепил непроницаемое выражение лица и опять опустил голову.
— Поттер его друг, — как можно мягче, сказала София, — а ты его брат. Он может и не показывает этого, но он любит тебя…
— Тебе-то откуда это знать? — перебил он ее.
София этого не знала. Она вообще не представляла, как Блэк относится к своему брату. Единственное, что она знала, так это то, что Блэк покалечит его, если он к ней притронется. Но она судила по своим отношениям с Луи и потому верила, что Блэк не может не любить Регулуса.
— Я этого не знаю, — произнесла она, — но разве может быть иначе?
— Конечно, может! — резко ответил он.
Регулус поднял на нее яростный взгляд и тут из него все полилось. Он не останавливался ни на секунду, рассказывая о своем детстве, когда они с братом души друг в друге не чаяли, все время проводя вместе, рассказывал о поступлении Блэка на Гриффиндор и о том, как в доме тут же поменялась атмосфера. Рассказывал о том, как он испугался, когда Шляпа предложила ему Когтевран и о том, что Блэк стал от него отдаляться, когда он поступил на Слизерин. Рассказывал о том, что несмотря на несносный характер брата, родители все равно любят его больше. Рассказывал о том, как ему тяжело добиваться родительского уважения и любви, в сравнении с братом. И долго рассказывал о том, что брат его ненавидит за одни лишь его убеждения, которые им прививались с детства.
