Сириус знал, что любые его увлечения быстро проходят. Знал и то, что влечение к Бланк тоже не вечное. Стараясь не слушать свое сердце, он уверял себя, что не сегодня, так завтра она ему надоест и он найдет другую. Эта мысль вызывала отторжение во всем его теле, понимая, что на месте Бланк он никого не хочет даже видеть. Она так крепко засела ему в душу, что он даже в мыслях не мог представить, что у него может появиться влечение к кому-то другому.
Его это раздражало и нервировало. Он никак не мог смириться с тем, что он полностью подвластен Бланк. С тем, что она имеет полную власть над его душой и сердцем. И при всём при этом, она с таким пренебрежением к этому относится. Словно в ее руках не самое ценное, а какой-то пустяк.
***
Сириус плохо спал ночью, постоянно просыпаясь и мучаясь в сомнениях. Несколько раз он порывался отправиться в подземелья, но понимал, если спустится, наделает глупостей.
Он так ни к чему и не пришел за ночь, ни с чем не определился. Он не знал, что делать с Регулусом. Не знал, что делать с Бланк.
И проснувшись с утра, единственным желанием было увидеть Бланк, а там уж как пойдет.
Сириус сидел за своим столом в Большом зале, когда Бланк зашла и, не взглянув в его сторону, прошла до своего места. Сириус пытался отыскать взглядом брата, но того за слизеринским столом не было. Это показалось ему странным, Регулус никогда завтраки не пропускает.
По расписанию первым уроком стояла История магии и Сириус с тоской думал, что он точно не выдержит монотонной речи Бинса, и опять будет только мучить себя лишними размышлениями. Поэтому план — прогулять урок вместе с Бланк, созрел сам собой.
Он предупредил об этом Мародеров и пошел караулить ее в одном из коридоров.
Сириус все еще не решил, как себя вести с ней. Увидев ее в Большом зале, он понял, что первым делом он хочет ее, как минимум, поцеловать. Но и разговора о его брате было не избежать. Сириус знал, он все равно выплеснет на нее все обвинения, скопившееся в его голове за ночь.
Как только она появилась на горизонте, он сразу схватил ее за руку и завел в пустой класс, не давая ей произнести и слова. Вместо приветствия, Сириус сразу сжал ее в объятиях и наклонился, чтобы поцеловать. Она увернулась, уперевшись руками ему в грудь и не давая приблизиться.
Да какого Мерлина опять?
— Что опять не так?! — сходу нагрубил он. Сириус отчетливо ощущал ее напряжение и недовольство.
— Что не так? — Бланк насмешливо посмотрела на него и вздернула бровь, — что не так, Блэк? То есть, по-твоему, всё так?
Раздражение росло с каждой секундой. Он надеялся, ему удастся хотя бы с ней пообжиматься, прежде чем они начнут ругаться.
— Это из-за Регулуса? — зло спросил он. — Какое тебе дело до него?
— Тебе не кажется, что ты был слишком груб с ним? И какого черта ты рассказал про нас?
Сириус психанул.
— Рассказал «про нас»? — Сириус нехорошо посмеялся. — Да что там рассказывать-то? Зато видела, как Рега перекосило? Что скажешь, Бланк, все еще думаешь, что он не хочет тебя?
Она с отвращением смотрела на него.
— Да мне наплевать на это, Блэк, — процедила она, — сколько тебе повторять? Я-то его не хочу!
— А я вот в этом не уверен, — прошипел он, — почему ты так трясешься над ним? Переживаешь за него постоянно, а?
Сириус чувствовал, как теряет контроль над собой, позволяя злости внутри него взять верх.
— Да потому что! — она на мгновение закрыла глаза, переводя дыхание. — Регулус хороший человек. И он совершенно не достоин такого обращения от собственного брата!
Сириус уже не помнил себя от гнева. Сколько раз, сколько раз ему ставили в пример брата, сколько раз говорили, что он не ровня ему.
— Что он тебе наговорил? — процедил Сириус сквозь зубы. — Что я весь такой плохой, а он белый и пушистый?
Он представлял, как Бланк сидит с Регулусом в слизеринской гостиной перед камином и утешает того, подтверждая какой он — Сириус — гад и подлец.
— Нет! — выпалила она. — Представь себе, такое я слышу только от тебя!
Сириус чувствовал, как у него начинают трястись руки, требуя покалечить Регулуса не хуже, чем он его вчера. Сейчас он уже не сомневался, что хитрый и изворотливый братец сумел таки запудрить ей мозги.
— Разумеется, это я — паршивая овца во всей нашей семье, а Регулус — золотой мальчик, надежда всего рода…
— Да не говорил он такого никогда! — перебила она, со злостью глядя в ответ. — И не считает так! Он наоборот любит тебя и скучает по тебе!..
— Неужели?! — снова перебил ее Сириус. — Вчера он кричал совсем другое! Ты ведь тоже слышала?! Как он орал, что ненавидит меня! Что я ему всю жизнь испортил!
Сириуса от того и задевали такие слова брата, что он и сам так считал. Боялся, что именно он виноват в том, что брат испортил свою жизнь, ступив не на тот путь.
Бланк на него смотрела со смесью жалости и гнева.
— Потому что ты вел себя, как последний козел! Мне, знаешь ли, хотелось заехать тебе по роже не меньше!
— Ты и заехала! — проорал Сириус. — Или забыла?!
Они в полном молчании с яростью смотрели друг на друга.
— Ты должен извиниться, — ледяным тоном произнесла она.
