— Мне всегда сложно давались руны, — произнесла она. — Хотя… этот предмет по своей сути похож на зелья. Тысячи знаков — тысячи ингредиентов. Сложные формулы. Особый порядок добавления. Взаимодействие с другими знаками и ингредиентами. Очень сложная сфера магии. И очень красивая. Я видела… как один человек с помощью рун мог себя в воздух поднять, мог мысли читать и сквозь стены видеть. А еще он на своей палочке руны начертил, усилив тем самым мощь заклинаний. Редкий талант…
Она замолчала ненадолго, а потом подняла на него задумчивый взгляд.
— Кто твой друг… который помог с рунами? — спросила она. Эйлин знала, что никто из его друзей Руны не посещает и, очевидно, что-то заподозрила.
— Он… — Северус замялся на мгновение, раздумывая, насколько безопасно будет называть имя Бланк. Но решил, все-таки, этого не делать. — Ты его не знаешь, он с другого факультета.
Эйлин вдруг слабо улыбнулась.
— Я рада, что у тебя появился еще один друг. И рада, что ты… принимаешь помощь. Ты ведь этого делать совершенно не умеешь, — продолжала говорить она с полуулыбкой на губах, — ни просить о помощи, ни принимать ее. А в этом нет ничего страшного.
Северус ей ничего не ответил, только скорчил многозначительное лицо.
— Твои друзья знают? — неожиданно спросила она. — О том, что ты… сотрудничаешь с Пожирателями?
— Разумеется, нет, — выпалил Северус.
Он не стал добавлять, что сегодня ему придется во всем признаться. Об этом матери тоже лучше не знать. Лучше никому не знать о том, что Мародерам скоро станет известно о его сделке.
— Понятно, — медленно произнесла Эйлин, всматриваясь в его глаза. — Но я думаю, они должны об этом знать.
Северус чувствовал, что она пытается в его сознание пробиться. Но учитывая ее нынешнее состояние, да и то, что он уже поднабрался хорошего опыта в окклюменции, у нее ничего не получилось.
Правда, Эйлин и не обязательно было проникать в его мысли, чтобы понять, о чем он думает, она и так хорошо знала своего сына.
— Ты знаешь, что можешь доверять им… И что они всегда поддержат тебя.
— Знаю, — перебил Северус, желая закончить этот разговор, и поднялся. — Мне уже пора в Хогвартс возвращаться.
— Хорошо.
Указав на ряд пузырьков с зельями, Северус произнес:
— И я надеюсь, ты будешь регулярно принимать зелья. Иначе… всё это было зря.
Он уже дошел до двери, ведущей в прихожую, как Эйлин произнесла:
— Ты хороший человек, Северус…
Он замер и обернулся на нее.
-…явно не в меня, — тихо закончила она, сжимая черный кулон в руках и болезненным взглядом глядя на него.
— Наверное, ты одна так считаешь, — усмехнулся он, не расслышав последнюю часть. Он махнул матери рукой на прощанье и вышел.
***
Вернулся в гостиную Северус ровно к девяти вечера. С удивлением отметив, что никого из друзей в гостиной нет, он направился в спальню.
Каждый шаг по степеням все больше нагонял на него страх.
Последний час, когда он трансгрессировал в Хогсмид и шел до школы, он только и думал о том, что ему предстоит во всем сознаться друзьям. Он старательно подбирал слова, искал оправдание себе. Пытался предвидеть реакцию каждого из друзей и что он на это скажет в свою защиту.
Ведь Северус в глубине души знал, что рано или поздно всё вскроется. И морально всегда был к этому готов. Но сердце все равно сжималось от ужаса, а в горле пересыхало. Ему было страшно. Очень страшно.
Как только он вошел в спальню, сразу понял — что-то случилось. Все трое его друзей были в комнате. Ремус не читал, как это обычно бывало, а сидел на кровати, перебегая взглядом с одного на другого. Джеймс сидел, опустив голову и прокручивая в руках снитч. Сириус стоял возле распахнутого окна, нервно постукивая пальцами по подоконнику, глядя на темное небо и не вынимая сигарету изо рта.
Напряженная обстановка в один миг лишила его остатков спокойствия. Казалось, в комнате даже воздух потяжелел.
В первую секунду Северус испугался, что друзьям всё известно. Что Бланк всё-таки растрепала, не сдержав обещание.
Но он, постаравшись нацепить самое невинное выражение лица, поинтересовался:
— Что произошло?
Джеймс поднял голову и бросил взгляд на Сириуса. Когда он понял, что Сириус отвечать не собирается, произнес:
— Родителей Софии убили. Ее брат приехал и забрал ее во Францию на похороны.
— Ну… вроде, обычное дело в последнее время, — неуверенно произнес Северус, облегченно выдыхая — Бланк не растрепала.
И только секундой позднее понял, что если Бланк нет в школе, у него есть еще несколько дней в запасе.
Он не знал, для чего ему эти дни. Возможно, он лишь хотел оттянуть момент, когда друзья от него навсегда отвернутся.
— Обычное? — прошипел Сириус, резко разворачиваясь и поднимая на него бешеный взгляд. — Ее родители поддерживали Волан-де-Морта! Они из гребаного древнего рода! С чего бы их убили, как думаешь?! Почему мне одному это кажется подозрительным?! — прокричал он.
По обреченным взглядам Джеймса и Ремуса становилось понятно, что Сириус уже далеко не в первый раз задает эти вопросы. Очевидно, им уже пришлось выслушать не один взрыв.
