Было понятно — Игорь в курсе. Иначе с чего бы ему припереться сюда?!
Обернувшись Марфа увидела Стравинского.
Вместо того чтобы расстроиться, Игорь выглядел очень довольным собой. Даже гордым.
Расплывшись в широкой лукавой улыбке, он выглядел немного зловеще. Сказывались повреждения, полученные во время матча. Учитывая отек и синий оттенок лица, который был виден несмотря на загорелую кожу, блестящие восторгом глаза придавали Игорю гомерический вид.
Марфе потребовалось не меньше минуты, чтобы понять, Стравинский от счастья буквально светится, распыляя в пространство вокруг себя тысячи мегаватт энергии.
Улыбку, которую Игорь послал в её сторону, Марфа предпочла бы не видеть. Она как бы кричала: «Да! Я чрезвычайно, просто бесконечно счастлив оттого, что ты теперь никуда от меня не денешься!».
«Храни тебя Боже, мелкий негодник» — пронеслась в голове Марфы мысль, перед тем, как она подхватила со стола Алекса портсигар, и метнула его в сторону отца своего будущего ребёнка.
Рассчитывал ли Игорь, что в ожидании малыша Марфа станет покладистой девочкой — кошечкой, на всё согласным одуванчиком, радой каждой улыбке малышкой?! Нет. И он не ошибся.
Первые пару недель после того, как Лосано прозрачно, но в то же время доходчиво, сообщил Игорю приятнейшую новость о будущем отцовстве, стали одними из самых тяжелых и эмоционально напряженных дней в его жизни. Марфа, находясь в смешанных чувствах, вертела ими всеми изысканно и филигранно. Но если бы у него кто — то спросил: «Игорь, а хотел бы ты что — то изменить в своей жизни? Например, пользоваться презервативами на регулярной основе?». Он бы непременно ответил:
— Ничего. Абсолютно ничего! Это самое потрясающее событие!
Странная реакция для молодого и успешного парня на незапланированное отцовство? Возможно, да! Но никогда нельзя забывать, что все мы разные. Порой удивительно для самих себя мы реагируем на то или иное событие. Это и есть индивидуальность. Многогранность нашего внутреннего я.
К тому же спустя несколько месяцев терпеливого поощрения всех своих выкрутасов, Марфа начала догадываться, что неожиданностью беременность только для неё стала. А Стравинский, во всяком случае, морально был готов. Удивительно, неправда ли?!
Игорь ловил себя на мысли, что сам не понимал, что может сказать по поводу собственного грандиозного успеха. Кроме: «Ну-у-у…» в голову мало что шло. Это кажется невероятным, но так оно и было. Тот окрыляющий восторг и ошеломляющее чувство счастья невозможно было описать словами.
Самым неприятным в этой истории было то, что Метель так долгое время и отказывалась выходить за него замуж. Месяцы шли, а ледяная царевна так и не таяла. Самой многообещающей от неё стала фраза:
— Если из нас двоих кому — то придётся пожертвовать карьерой — это будешь ты.
Обороты Душик сдавать не собиралась.
«Осень» для Марфы прошла по плану. Публике было представлено аж семьдесят восемь неповторимых образов, и это только на Миланской неделе моды. Оказалось, что новая жизнь вдохновляет, особенно когда она в тебе зародилась.
Не кажется ли вам, что конченной стервой повеяло?
Это только иллюзия. Как и девяносто процентов из нашего восприятия.
Возможно, никто из окружающих не знал, но в самых приоритетных моментах Марфа шла навстречу желаниям Игоря. Когда он предложил, познакомить её со своей матерью, она согласилась с ходу, аргументировав тем, что ей как раз нужно съездить домой, навестить своих подчиненных в Ростове. Также ею не было пропущено ни одной игры в рамках Лиги чемпионов, каждый, даже проходной матч, Марфа посетила, привнеся этим в игру Игоря что — то важное, пусть и неосязаемое.
Своим подходом к их отношениям, Марфа раскрасила небо Игоря в их собственные, никому не известные доселе цвета. Едва ли кто — то сторонний мог сознать всю красоту происходящего, разве что Алекс — единственный свидетель того, как Марфе приходилось делать невероятные вещи, дабы сдвинуть дни показов Модного дома Лосано в рамках Нью — йоркской и Миланской недель моды так, чтобы они не пересекались с матчами Игоря.
Приятно? Бесспорно.
Сладостнее был только тот факт, что самый многообещающий из молодых дизайнеров ходит по твоему дому в одном только нижнем белье. Такое счастье перепадало нечасто, большую часть времени Игорь проводил на базе, неустанно тренируясь с парнями. Вот и сегодня он увидел свою злюку лишь перед началом игры, когда она с поджатыми уголками губ, стояла на трибунах в окружении целой свиты из своих помощников и товарищей Игоря.
Смотреть за финалом сезона Лиги чемпионов из вип — ложи Метель отказалась. Слишком далеко. Несмотря на отличное зрение, Игорь бы её не увидел на расстоянии сотни метров, да еще и в остекленной ложе. Они оба это знали, поэтому несмотря на поздний срок беременности, Марфа осталась в фан — зоне, как и простые смертные зрители.
Такое проявление чувств рождало в Игоре исключительно приятные мысли. Он чувствовал — что-то грандиозное должно случиться.
О, он не ошибся.
К сто пятой минуте матча мало кто из присутствующих мог совладать со своими эмоциями.
