– Да, возможно, ты прав. Она в общих чертах знает, что я когда-то в юности был немного связан с разведкой, но я ей поклялся, что с этим давно покончено. Что же делать?
– Может быть, тебе с твоей Блондинкой сбежать куда-нибудь в Африку?
– Что мы там будем делать? И потом ты забыл, у Маргарет есть сын, Рене. Мы же не можем его тут одного бросить.
– Да, дружище, оброс ты семейными путами. Даже и не знаю, что тебе посоветовать. В Париже тебе оставаться надолго нельзя. Здесь немцы, вероятность ареста повышается многократно.
– А куда еще можно податься? Кроме Африки, конечно?
– Может быть, в Марсель? Попробуй в Марсель! Немцев там пока нет. И там, кстати, сейчас живет Жюль Жаспар. Он тоже сбежал из Брюсселя и снимает в Марселе небольшой домик. Можно на первое время остановиться у него. Он добрый старик и неплохо к тебе относится. Это меня он ненавидит!
– Кстати, неплохая мысль! И там я смогу быть полезен: и для «Симекс», и для разведки. Создам резидентуру, начну передавать информацию. Блондинка будет мне помогать, она и сама ненавидит немцев и все всегда правильно понимает!
– Угомонись! Затихни хотя бы на время. Кому это нужно? Какая сейчас может быть разведка? В этой суматохе Центру не до нас. Последнее время никто не отвечает на мои радиограммы. Про нас либо совсем забыли, либо, в лучшем случае, толком не решили пока, для чего мы теперь можем быть нужны. Похоже, у Центра в Париже уже есть другой хороший источник информации – французское Сопротивление. А нас держат про запас. Зачем тогда высовываться? Спешить некуда. Осмотрись. Там видно будет.
– В любом случае, мне здесь надо дождаться Маргарет и Рене. Мы договорились, что они через три дня приедут в Париж.
– Дай бог, чтобы все у них в дороге сложилось благополучно, – завершил разговор Отто.
Маргарет с большим трудом добиралась до Парижа. Так как у них не было специальных документов, чтобы легально пересечь границу, им с Рене нельзя было просто сесть на поезд на брюссельском вокзале и таким образом оказаться во Франции. Поэтому с большой осторожностью пришлось значительное расстояние преодолеть пешком, дойти до озера на границе, а потом нанять проводника, который ночью на лодке согласился бы перевезти их на другую сторону, уже во Францию. Измученные Маргарет и Рене остановились передохнуть в какой-то глухой французской деревушке. Хозяева одного из домов пустили их на постой и даже накормили вареной картошкой. А потом разрешили поспать несколько часов в сарае на соломе для скота. Долго оставаться и здесь было нельзя. На добросердечных хозяев могли донести соседи. Поэтому Маргарет и Рене рано по утру снова отправились в путь. Хозяин деревенского дома проводил их и показал дорогу к ближайшему городу, где можно было сесть на поезд и доехать до Парижа.
По самой дороге идти было очень опасно, Винсенте их об этом предупреждал, когда давал наставления, как именно следует поступать в тех или иных случаях, женщина и мальчик пробирались по лесу вдоль этой дороги, стараясь не терять ее из виду, чтобы не заблудиться. Они шли так почти восемь часов. За это время несколько раз начинался и заканчивался дождь. Путники промокли, устали и проголодались. И все же добрались до вокзала небольшого французского городка. Когда Маргарет посмотрела в зеркало, висевшее на стене вокзала, она себя не узнала. Вместо изнеженной и ухоженной женщины ее взору предстала какая-то оборванка с темными кругами под глазами и слипшимися растрепанными волосами. Маргарет собрала волосы и с помощью двух шпилек закрепила их в пучок на затылке, умылась под струей холодной воды из питьевого крана, а потом набралась смелости и подошла к кассе, чтобы купить билет в общий вагон. Женщина немного успокоилась, только когда они с Рене сели в поезд.
В Париже их никто не встречал. Маргарет, как ей было заранее велено Винсенте, из телефона-автомата позвонила Жану Жильберу и узнала адрес, где ее ждет любимый мужчина. Уставшие с дороги, толком не спавшие несколько ночей, Маргарет и Рене наконец оказались в объятиях Кента. Маргарет разразилась рыданиями, которые все эти тяжелые дни она мужественно сдерживала. Винсенте накормил путников, они наконец-то смогли воспользоваться душем и лечь спать в нормальные кровати.
Проснувшись посреди ночи, мужчина приподнялся на локте и стал любоваться своей спящей Блондинкой. Светлые волосы растрепались на подушке, рот был слегка приоткрыт. Он давно не видел ее спящей и мог разглядеть как следует. «Надо же, Маргарет действительно очень красивая. Как же она мне дорога! Как же я ее люблю!»
Проснувшись утром, Маргарет и Рене с аппетитом набросились на еду. А как только немного пришли в себя, Винсенте попытался им объяснить, что следует делать дальше:
– Я знаю, вы очень устали. И понимаю, что мысль о любой дороге покажется вам ужасной…
– Мы никуда больше не поедем! – поспешила объявить Блондинка.
– Здесь оставаться очень опасно. В Париже кругом немцы. У вас нет пропусков, нет вообще никаких документов, меня может разыскивать бельгийская полиция. Ехать придется. Но недалеко.
