- Тогда выбор невелик. Попробуйте обратиться к Марине Белопольской. Она занимается поставкой медпрепаратов, и у нее в службе безопасности есть женщины. Мой муж с ними работал.
Я нашла эту Белопольскую, позвонила ей в приемную и попыталась попасть на встречу, но это не так просто – ее все время нет на месте, и неизвестно, когда будет.
Поэтому я просто изучила газету с вакансиями и приехала в офис. У проходной действительно сидела женщина в форме охранника.
- Вы к кому? – спросила она.
- Я на собеседование. На менеджера.
- Странно, - сказала охранница, - Меня не предупреждали.
Она позвонила по телефону, а потом предложила мне пройти на третий этаж, в приемную. Секретарь жестом указала на диван и объяснила:
- Это очень странно, видимо, менеджер по персоналу что-то перепутала. Она сейчас у директора, как только выйдет, мы у нее уточним.
В этот момент тяжелая дверь в кабинет директора открылась и вышла молодая девушка. Пока секретарь что-то ей про меня объясняла, я проскользнула в директорский кабинет и закрылась изнутри. В большом кожаном кресле сидела крупная дама в красном пиджаке, с модной стрижкой и с ярко накрашенными губами.
- Здравствуйте, Марина, мы с Вами тезки, - быстро сказала я даме, - Пыталась записаться к вам на прием, но никак не получалось. Мне нужен Ваш совет по подбору женской команды в службу безопасности игорного бизнеса.
- Я не занимаюсь игорным бизнесом, - сказала она.
- Но у вас женская служба безопасности.
Ее телефон зазвонил, она взяла трубку и вздохнула:
- Ничего, Настя, я с ней сама поговорю.
Я внутренне возликовала и сразу начала объяснять про свой бизнес, которого пока еще нет, но есть бухгалтер и договоры аренды, а автоматы будут со дня на день.
- Кто бенефициар этого бизнеса? – спросила Марина.
- Кто?
- Бенефициар. Кому на самом деле все это принадлежит?
- Мне. Я одна.
- Сколько тебе лет?
- Двадцать один. Но я очень опытная и умная.
Марина улыбнулась и покачала головой.
- Девочка, тебе не дадут работать. Игровые залы на правом берегу держат борцы, а на левом – боксеры. Твои автоматы просто заберут себе, а тебя пристрелят, и никакая служба безопасности не поможет.
- И что мне делать? Договариваться с ними?
- Нет. Расторгай договоры аренды. В таком бизнесе лучше начинать работать в области, в рабочих поселках. Там пока автоматы ставят одиночки, и можно весь бизнес под себя прогнуть. Сколько автоматов к тебе едет?
- Пока пятьдесят, - ответила я, - Но я планирую сама поехать в Китай и закупить еще сотню. Загранпаспорт делаю, пока не готов.
- А деньги у тебя есть?
- Есть.
- Если я добавлю еще на сто автоматов, дашь мне пятьдесят процентов?
- Это нечестно. Я вкладываю сто пятьдесят, а ты сто. Другие проценты должны быть.
- Со мной ты сможешь работать, а одна окажешься в полной жопе.
Я поняла, что она права, и вздохнула:
- Хорошо. Я буду рада сотрудничать.
Мы пожали друг другу руки.
- Тогда открой, пожалуйста, мою дверь. Мы попросим Настю сделать кофе и поговорим обо всем подробнее.
- Может быть, мы пошлем Настю за вином и поговорим еще подробнее? – предложила я.
- Ты мне нравишься, - рассмеялась Марина и позвала Настю.
Мы с Мариной сразу настроились на одну волну. Сначала она воспринимала меня как какой-то благотворительный проект, но со временем стала относиться серьезней. Я подходила к делу со всей отдачей, к тому же, неплохо разбиралась в людях, и на ежемесячных собраниях с руководителями игровых залов легко вычисляла тех, кто у нас крысит.
Через два года у нас с Мариной было сорок два игровых зала по всей области и больше сотни сотрудников в штате. А я параллельно запустила свой проект, против которого местная братва ничего не имела – автоперевозки по стране. Глупо не использовать географическое положение в свою пользу. Белопольская выждала момент, когда я слегка поиздержусь, и попросилась в долю. Но я дала ей только двадцать пять процентов, и то, не продала, а обменяла на пять процентов в ее фармацевтическом бизнесе. А с бабками выкрутилась по-другому – заняла у Кучерявой под небольшой процент и почти сразу все отдала. И на ее доброту ответила своей добротой – перевезла для нее кое-какой груз и закопала в лесочке.
Кучерявая сразу попросила меня не говорить Соне о том, что мы общаемся.
- Она не поймет. Ты же знаешь, какая она принципиальная.
- Как у нее дела? – спросила я.
- Хорошо. Учится, подрабатывает. Очень устает. На нее вся эта история плохо повлияла, но я стараюсь ее поддерживать.
- Знаю я, как ты стараешься, - не удержалась я, - Небось, удалось, наконец, затащить ее в постель?
- Что тут скажешь? Она волшебная девочка с волшебными пальчиками. Для тебя она была слишком хороша.
- Слышь, Кучерявая, ты полегче. А то наши договоренности пойдут прахом. И придется тебе договариваться о своих перевозках с Максимовым. А оно тебе надо?
- Ни в коем случае, Марочка. Я рада с тобой сотрудничать. Но от Лисички держись подальше, не нужно ее беспокоить.
