– Ты у нас уже была, да? – спрашивает коротко стриженная молодцеватая лесбиянка на входе. – Добро пожаловать снова!
Штамп на руку, и София в клубе. На этот раз она одета скромно: длинные брюки, черная футболка с короткими рукавами и блестящей надписью «Мадонна» на груди. На шее – образок Мадонны на серебряной цепочке.
В последнее время София много думала о Боге. Ходила в церкви, садилась на последнюю скамью, складывала ладони и молилась по нескольку часов подряд.
Закончив молитву, София долго еще вглядывалась в столетние своды в поисках ответа, пока церковный смотритель и священники бросали на нее любопытные взгляды. Под конец их пристальное внимание заставляло ее подняться и уйти прочь.
– Джин с тоником, – заказывает София гею за стойкой.
На самом деле ей пить не хочется, но неприлично просто так стоять у бара. Пусть уж у нее будет бокал в руках.
– Конечно, милочка! – отвечает гей, похожий на балеруна с коротко стриженными крашеными светлыми волосами и подведенными черным карандашом глазами.
Он быстро смешивает напиток и украшает розовым коктейльным зонтиком, чтобы поднять гостье настроение.
– Какая у тебя шикарная прическа, – говорит он, протягивая Софии бокал.
– Спасибо, – улыбается она в ответ и подносит бокал к губам.
София с бокалом идет в другой конец клуба и присаживается за столик.
Голова чешется под париком. Грудь съехала набок. И все остальные трансвеститы в клубе намного красивее ее. Каждое их движение полно элегантности. И они излучают такую уверенность, словно весь мир принадлежит им.
– Вначале всегда тяжело.
На диван рядом с ней опускается лесбиянка, встретившая ее у входа. Она расстегивает кожаную куртку и зажигает сигарету. У нее перерыв.
– Меня зовут Анника.
Милое имя, резко контрастирующее с ее внешностью. Ей бы больше подошло Кикки, Неттан или Майсан.
– А меня – София.
– Хочешь сигарету?
София качает головой, гадая, что ей от нее нужно.
– Я всю жизнь чувствовала себя парнем, – говорит Анника, затягиваясь сигаретой, – но я никогда не хотела менять пол, а ты?
– Что?
София не привыкла к такой искренности. Она привыкла замалчивать серьезные вопросы, ходить вокруг да около, говорить эвфемизмами.
– А ты? – повторяет Анника.
Софии хочется сбежать.
– Я хочу поменять пол.
София отводит глаза. Анника кладет руку ей на колено, отчего София вздрагивает и отодвигается, думая, что не зря ее предупреждали: в клубах всем нужен только секс. Не важно, гетеросексуалы это или гомосексуалы.
Софии же хочется, чтобы ее обняли.
– Прости, – улавливает ее настроение Анника. – Я не хотела тебя напугать. Только хотела сказать, что считаю тебя очень привлекательной женщиной.
София не верит в комплименты.
– Я здесь чужая, – бормочет она. – Я не такая, как ты.
– А какая я? Какие все остальные?
На это у Софии нет ответа. И только поэтому она продолжает сидеть на диване.
– Я живу поблизости, – говорит Анника, гася сигарету. – Хочешь пойти ко мне выпить чаю? И я действительно имею в виду только чай. Здесь шумновато. Что скажешь?
София польщена. Давно никто не проявлял к ней такого внимания.
– Не знаю…
Анника берет ее за руку и тащит за собой на улицу, через площадь, в дом, в лифт, в квартиру и в кухню, где наливает ей кружку горячего чая.
– Где-то у меня были сухарики. – Анника роется в шкафу.
Она успела переодеться в джинсы, застиранную кофту и тапочки. И на носу у нее пара овальных очков, придающих ей милый и домашний вид. Теперь она совсем не похожа на охранника клуба.
Мягче, добрее, обычнее.
Как Анника.
– Давно ты в Стокгольме? – спрашивает она, выкладывая сухари на блюдо и доставая из холодильника джем.
– Пару месяцев.
София уже расслабилась.
– Потерпи немного. Скоро будет легче.
– Что будет легче?
– Все.
Они улыбаются, пьют чай с сухарями, сидят на диване в полутемной гостиной и обнимаются, пока София не говорит, что ей пора.
– Мы еще увидимся?
– Я не знаю.
– Можешь записать мой номер телефона.
– Спасибо.
Анника записывает на бумажке номер телефона и даже адрес с кодом домофона.
– Я не думаю, что я та, кто тебе нужен, – говорит София.
– Но ты же женщина.
– Не такая женщина, которая тебе нужна.
– Откуда ты знаешь, кто мне нужен?
София молчит. Анника гладит ее по щеке и просит взять такси. В городе много идиотов, способных причинить ей вред.
София садится в такси.
Шофер разглядывает ее в зеркало. Он многое повидал на этом свете, но трансвеститы – штука любопытная.
София его игнорирует. Она думает о Мирье.
– Если отсосешь – довезу бесплатно, – говорит шофер, останавливая машину.
У нее нет сил даже дать ему пощечину. София протягивает сотенную купюру и говорит, что сдачи не надо.
