Пана успокоил ее, зная причину тревоги, благодаря расследованию Келса.
— Мы воспользовались служебным ходом, чтобы спуститься на ваш этаж. Мы не встретили никого из землян.
Она улыбнулась ему, ее ровные зубки сверкнули под губами
— Их нет на станции с того момента, как «Воскресенье» улетел несколько дней назад. Простите мою паранойю. Пожалуйста, проходите.
Он поклонился.
— Благодарю.
Он последовал за Бриэль в апартаменты Марьям. Они были крошечными, как и все помещения Солн, и далеко не такими хорошо обставленным, как их номер. Тем не менее, внутри было чисто и ощущалось тепло, несмотря на кучи заваленных предметов.
Марьям проследила за его взглядом. Ее светлая кожа покраснела вокруг россыпи веснушек.
— Извините за беспорядок. У меня плохая привычка работать над несколькими проектами одновременно.
— Я лишь подумал, как здесь уютно. Ткани придают помещению мягкую, уютную атмосферу. Вы шьете?
— И вяжу. Магазин, в котором я работаю, продаёт мои работы.
— Товары для детей, я полагаю?
— Это и завлекло Бриэль, — засмеялась она.
Ее замечание встрепенуло Пану — он только что заметил, что уделяет всё внимание Марьям. С чувством вины он поспешил к Бриэль. Она уже успела найти свободное место на диване и расположиться.
— Матара, тебе что-нибудь нужно? Может, подушку? Если матара Марьям не возражает, я могу приготовить что-нибудь перекусить.
— Ты можешь расслабиться и перестать суетиться, словно старая наседка? — Бриэль устало взглянула на Марьям.
Марьям расчистила еще одну секцию дивана, переложив стопку одеял на пол.
— Имдико, ты такой же преданный, как и рассказывала Бриэль.
— Удивительно, как он ещё не разжевывает еду для меня, — заворчала Бриэль.
Пана поморщился. Он сел по настоянию Марьям на место, которое она для него расчистила, и старался выглядеть невозмутимым.
Бриэль всё поняла и с виноватой улыбкой похлопала его по руке.
— Спасибо за заботу, Пана. Пока что мне ничего не нужно.
— Если кто-нибудь хочет, у меня есть сок из ягод гоза, — предложила Марьям. Когда они тихо поблагодарили и отказались, она решила перестать суетиться и широко улыбнулась. — Я закончила подарок для твоего ребенка. Хочешь посмотреть?
Бриэль взвизгнула, подпрыгивая от возбуждения. Пана не мог не сравнить ее пронзительное верещание со сдержанной радостью Марьям, но подавил критикующие мысли, прежде чем они успели полностью сформироваться.
— Пожалуйста! — прокричала Бриэль, кипя от энтузиазма. — Я с ума схожу от нетерпения с тех пор, как ты намекнула на подарок.
Усмехнувшись, Марьям встала и вышла из комнаты. Ее приглушенный голос донёсся из приоткрытой двери.
— Я убрала его в шкаф, чтобы вы не увидели его слишком рано. Ой! — Звук чего-то падающего последовал за ее словами.
Пана поднялся.
— У вас всё в порядке? Вам не нужна помощь?
— Я просто уронила пару вещей. Оставайтесь на местах, мне нужна еще минутка.
Пана снова сел, одновременно почувствовав облегчение и разочарование, что не может проследовать за ней. Чтобы скрыть свое замешательство, он начал светскую беседу:
— Ты произвела на нее сильное впечатление, моя матара.
— Это взаимно! Чего бы я только не отдала за её силу духа!
Пана понимал, что стоит приубавить его любопытство к завораживающей Марьям, но ничего не мог с собой поделать.
— Что ты имеешь в виду?
Бриэль встала и пересекла комнату. Она взяла плюшевое создание с единственной незагроможденной полки, видимо, какое-то животное. Она прижала его к груди, как ребенка.
— Марьям знает боль и страх калкорианских женщин. Все её беременности заканчивались выкидышем. Из-за этого муж бросил её ради другой женщины.
Пана с ужасом уставился на неё.
— Как он мог так поступить с ней и назвать себя мужчиной?
— Судя по немногим рассказам, её муж был эгоистичным мужланом. Марьям отложила учебу, чтобы заработать и он мог защитить свою степень. Она надеялась стать врачом. Однако забеременела на первом курсе медицинской школы, и муж настоял, чтобы она снова отложила образование. Эта игрушка была предназначена тому ребенку. После него она потеряла с полдюжины.
— Полдюжины. — Сердце Паны болело за Марьям. Забавное маленькое существо, которое держала Бриэль, теперь уже не выглядело таким смешным. — Она так и не вернулась в школу? Почему она не могла совмещать беременность и учёбу? Я в замешательстве.
— Помнишь, Келс рассказывал нам о земных женщинах? В первую очередь они должны быть матерями и женами и только во вторую — людьми. Поскольку муж Марьям очень хотел иметь детей, она откладывала свою карьеру, чтобы сделать его счастливым. В конце концов он все равно ее бросил. Она так и не вернулась к учёбе.
— Хватит. Меня начинает подташнивать от этой истории, — что Пана буквально имел в виду.
