Марина Цветаева. Письма 1924-1927 полностью

14-го авг<уста> 1927 г.

Дорогой Володя,

Я все еще не поблагодарила Вас за Мурину фотографию, очень хорошую. Если остальные будут такие же — чудно. (Особенно интересно, как выйдет большая головка.)

О чтении: у нас в ближайшие дни нельзя, п<отому> ч<то> негде: в моей комнате живет Сережин приятель, вот уже 10 дней тщетно ищущий работы, а у С<ережи> постоянно народ. Дети же спят. Будем ждать приятельского отъезда, тогда — милости просим.

Сердечный привет Вам и Вашим. О «мзде» [1438] не забыла.

<Приписка на полях:>

Напишите, сколько я Вам, пока, должна? На днях надеюсь получить немножко денег. Слоним не отвечает на 6-ое письмо [1439].

Впервые — НП. С. 238. СС-7. С. 86–87. Печ. по СС-7.

<Середина августа 1927 г.>

У тебя, Борис, есть идеи и идеалы. В этом краю я не князь. / У меня есть мысли и уверенност<ь> <вариант: утверждения>. Короче говоря, у тебя — миросозерцание, у меня — мироощущение или — толкование, ряд молний, связанных только моей общей <ночью?>. Я беру слово природа и знаю, что оно — правда. — «А червь?» — Меня ничего не стоит разбить: не в словах (отыграюсь), не в сути (сращусь!), в чем-то другом, в чем любой сильней меня и в чем я не живу. Начав с утверждения люблю всё, прихожу к признанию, что не люблю (дела нет!) ничего, кроме природы: дерево со всеми последств<иями> и разветвл<ениями>. Ни истории, ни культуры, ни искусства, ничего не в голом виде, верней не могущего быть в голом виде. Во многом я тебе не собеседник, и тебе будет скучно и мне, ты найдешь <вариант: назовешь> меня глухой, а я тебя — ограниченным.

Там, где для тебя гор<ы> [1440] — история, для меня не существует и вопроса. Ряд вещей в моей жизни не значится. Например история. Какая история Жанны д'Арк? Но ведь это же — эпос. А, кажется есть! Для тебя — история, для меня — эпос. «Вскочить истории на плечи» (ты о Рильке) [1441], т<аким> о<бразом> перебороть, превысить ее. Вскочить эпосу на плечи на скажешь: ВОЙТИ в эпос — как в поле ржи. Объясни же мне: когда есть эпос, — зачем и чем может быть в твоей жизни история. Почему такая забота о ней? Какое тебе вечному дело до века, в к<отором> ты рожден (соврем<енности>). «Историзм», — что́ это значит?

Впервые — Души начинают видеть. С. 379–380. Печ. по тексту первой публикации.

<Вторая половина августа 1927 г.> [1442]

Дорогая Саломея.

Большая просьба: не могли ли бы Вы мне дать вперед половину иждивения или, если нельзя, франков двести. Я рассчитывала на деньги за статью, а там задержка [1443].

Мне очень совестно беспокоить Вас, особенно в неурочный срок.

Видела Д<митрия > П<етровича> <Святополк-Мирского>, который заверил, что Вы были в Лондоне и вернулись. — Когда увидимся? — Есть ряд забавных рассказов по линии Мирский — Бунин [1444].

Целую Вас.

Впервые — Русская газета. С. 12. Печ. по тексту первой публикации, сверенной с копией с оригинала.

<Август 1927 г.> [1445]

Пишу после странного сна, во сне, потому что еще плохо проснулась. (Второй ночи).

Забыла на базаре два яйца (так было утром), иду за ними, на базаре нет, церковь (хотя в углу еще фрукты и часть лотков не разобрана). Русская. Ждут службы. Пока я хожу между оставшимися лотками, церковь быстро наполняется и, не успела я еще выйти, какой-то старичок громко, по-русски, читает молитву. Большой каменный двор, как в Министерстве. Автомобиль. Боюсь. Подхожу к какому-то чужому молодому человеку: «Боюсь. Переведите меня». Берет меня за руку — у кисти, крепко — ведет. Я говорю: «Такой страшный случай». — Какой? С кем? — Напряженно думаю — не могу вспомнить имени. Наконец, неуверенно: с молодым князем Шаховским. Рассказываю (о Вас) — все, каждый жест, точно видела и: «после этого ушел в монахи» [1446]. И, поправляя: нет, до этого. Очевидно — не он. (Ходим взад вперед по́ двору, он все держит за руку, ведет). Наконец: — «Господа! Совсем не Шаховской — Слоним. — Кто это? — Мой бывший друг, Вы не устали слушать?»

…Подходит какой-то военный, типа времен Керенского. — «Вас хочет видеть А<лександр> Ф<едорович>». — Сейчас не могу. — Говорю дальше — начало — середину — конец — всю правду. О Вас <мне, о Вас> Вас. Чувствую, взволнован. Я: «Каждый раз, когда буду бывать здесь, вы меня будете переводить». (В <нрзб.> от рассказа о Вас, уже родные).

Подходит военный царского времени, молодой, наглый, румяное лицо с усиками, красивый, <нрзб.> — «Дальнейшее пребывание здесь Вам воспрещается». — Почему? — Вы мешаете другим молиться. — Да ведь это же церковный двор. — Все равно! — И сама церковь только что была базаром. — Повторяю, Вы уйдете. — Ваша фамилия? — Полковник Бунин [1447].

Здесь просыпаюсь.

Друг, ряд щемящих совпадений.