Я спустилась с крыльца, ступая босыми ногами по мертвой почерневшей траве, обвела взглядом лужайку перед домом, выглянула за калитку в ограде. Привычно хмыкнула, обнаружив на песчаной дорожке четкие отпечатки лап, похожие на волчьи, но раза в три крупнее. Только оставил их не волк, а тварь, которая навещала меня по ночам по нескольку раз в месяц. Это был не глодальщик, стаю таких я разок видела издалека. Странные существа размером с волка, на чересчур длинных задних лапах и покрытые черной игольчатой шерстью. Мелькнули среди стволов и сбежали, стоило посильнее хлопнуть ставнями. Но наблюдало за мной нечто более опасное и разумное. Я видела из окна блестящие во тьме глаза. Пока оно знакомиться не спешило, и я отвечала ему взаимностью. Не лезет во двор, и ладно.
Возвращаясь к дому, провела рукой по перевязи для Бони. Неделю назад Конек ткнулся в мою ладонь бархатной мордой, затем поклонился до земли и… растворился в воздухе. И больше я его не видела. Думала, скучать не буду, но за два месяца так привыкла к его присутствию где-то рядом, что все-таки заскучала. Да ничего не попишешь, я осталась одна.
– Сеньорита Виринея! – окликнул меня робкий девичий голосок.
Утро началось. Я отхлебнула пристывший кофе и не сразу увидела за могучим почерневшим стволом юную черноволосую валенсирку. Дочь старосты из Лес-Оллас. Как раз вовремя, чтобы забрать очередную порцию припарок для отца, страдающего от периодических ревматических болей.
Вообще-то, местные, хотя и сперва обрадовались мне, вскоре стали откровенно побаиваться, отряжая за товаром самого храброго, да и то в случае крайней необходимости. Что ж, их можно было понять. Когда я поселилась в доме Назара, здесь было пускай и запущено, но довольно живенько. Дубрава активно осваивала пространство круглого дворика крепкой зеленеющей порослью и птичьими гнездами. С моим появлением все изменилось. Медленно и неуклонно. Лес отступил. Сам. Сомкнув вокруг ограды плотное кольцо медленно чернеющих стволов. Пожухли и обуглились травы, словно что-то высасывало из этого места жизнь, распространяясь вокруг, точно огромная опухоль.
Не сказать, что бы меня это сильно напрягало. Никто ко мне лишний раз не лез, а я сама выбиралась в люди по той же крайней необходимости. Например, чтобы пополнить запас некоторых ингредиентов в лавочках Овьерро, с которым, кстати, действительно что-то было не так. Такой благостный городок, а зачем-то с последним солнечным лучом запирают все ворота. И тишина настает такая… Мертвая. Иначе ее назвать было трудно. Нигде ни души, даже собаки или кошки нет. Или забулдыги какого. Аж мороз по коже. Неизвестно еще, где страшнее. Здесь или там.
– Здравствуй, Аси, – кивнула я приветливо. – Не бойся, подойди. У меня уже все готово, но я ждала тебя только к обеду.
– Отцу снова стало хуже, – ответила девушка, выходя из укрытия, но не приближаясь.
– Дайка угадаю. Опять соревновался с твоими братьями при погрузке глины в карьере?
– Пытался, – улыбнулась Аси. – Домой к вечеру приехали, и началось, а припарок ваших волшебных не осталось. Всю ночь мучился, и мы вместе с ним.
– А ведь я предупреждала, – покачала я головой. Вот странные же они все-таки люди. Всего в часе езды, в Роккете, есть небольшая, но прекрасно укомплектованная больница с самым современным оборудованием и приличными врачами. Лечись – не хочу. Так нет же, местные испытывали перед ней прямо-таки суеверный ужас, предпочитая фармацевтическим пилюлям и подтвержденным диагнозам архаичные услуги травнической братии. – Хорошо, подожди меня. Я переоденусь, и назад пойдем вместе. Мне сегодня нужно прогуляться до Овьерро.
– Только я там, на полянке, побуду.
Я дождалась, пока тонкая фигурка девушки снова скроется за деревьями и ушла в дом. Тщательно умылась, переоделась и, прихватив сумку и пакет с припарками, отправилась вслед за Аси. Дверь закрывать не стала. Местные не полезут, а не местных здесь не водилось.
Несмотря на раннее утро, уже припекало. И я не пожалела, что вместо привычных брюк и рубашки надела свободную хлопковую юбку и легкую блузу. Волосы, немного отросшие за два месяца, разметались по плечам прохладным ветерком из чащи, покачиваясь вдоль лица двумя косицами с вплетенными в их концы кристаллами. Позвякивали браслеты, тянуло замурлыкать песенку. Если бы не холод в груди, я бы, пожалуй, так и сделала.
Аси, как и обещала, ждала меня на ближайшей, вполне себе зеленой полянке, помахивая сорванным цветком. Я отдала ей пакет, и дальше мы пошли по направлению к дороге, мило болтая о погоде и последних новостях в округе. Кто-то женился, кто-то родился, а в окрестностях Роккеты на прошлой неделе снова нашли искалеченное женское тело. По слухам, бедняжка жила в Леоньерес. В деревушке в десяти верстах от того места, где ее нашли. Тихая, милая девчонка, гордость матери с отцом. Никто не знает, как она могла оказаться так далеко от дома, да еще ночью. Случай далеко не единичный. Среди жителей окрестных поселений тихо, но неуклонно нарастали злоба и паника. И это было ожидаемо.
