– Ошибаешься, я не здесь! – Марионеточник почесал за ухом кота, кот оскалился, обнажая огромные клыки. – Я в другом, гораздо более приятном месте.
Его место было не таким уж и приятным, но ради красного словца можно было и соврать.
– А она с тобой? Моя маленькая фройляйн Стеша! – Оскал мертвеца сделался шире. В этот момент Марионеточник и осознал, для чего нужен кот.
Фон Лангер не умирал и не жил, гнил заживо, отравляя самим своим существованием этот мир, но, как и сам Марионеточник, он не забыл самое главное! Он не забыл Стешу! В той ярости, с которой это существо цеплялось за обрывки своих воспоминаний, крылась самая главная опасность. Если когда-нибудь сам Марионеточник найдет дорогу в мир живых, то что помешает сделать то же самое мертвецу?
– Где она?! – Мертвец кинулся вперед, распространяя вокруг себя черные споры морока, словно гигантский гриб-дождевик.
Кот зарычал, замахнулся лапой, вместе с остатками ветхого сукна срывая с костей мертвеца куски плоти. Мертвец взвыл, шарахнулся назад во тьму.
– Вот теперь это твоя работа, – сказал Марионеточник, поправляя золотую цепь на чешуйчатой шее кота. – Присматривай за ним. Не отходи от него ни на шаг! Защищай Стешу!
Это был не приказ, а просьба, которую безымянный кот выполнил с рвением молодого бойца. Наверное, по меркам болота, он был ещё котенком, но и у котят, и у лягушат, и у старых прожженных игроков должна быть своя цель!
– …Он как-то вырвался в наш мир, – сказала Вероника задумчиво. – Он вырвался, а кот отправился за ним.
– Так и есть. – Марионеточник кивнул.
– Боюсь, это моя вина. – Она поправила гребень в своих волосах. Его прощальный подарок, который, вероятно, однажды спас им всем жизнь. – Я открыла проход для Стеши. Мы вдвоем его открыли, – тут же поправила она себя. – Там такая силища, одна бы я не справилась.
– И? – Марионеточник приподнял бровь. В его истории были пробелы, заполнить которые могла сидящая напротив девочка.
– И на какое-то время там что-то нарушилось. Переход остался открыт. Думаю, именно по этой причине из болота удалось выбраться сначала Тринадцатому, а потом и фон Лангеру. Мы отключили сигнализацию, дядя Тоша, нарушили естественный ход вещей.
Это было похоже на правду. Он и сам думал о такой вероятности. Он даже попытался проверить свою догадку на практике, уже после того, как обнаружил побег фон Лангера. Безрезультатно! Если и существовала какая-то брешь между мирами, то она затянулась, как рана на шкуре вековой змеи. Он не успел вскочить в последний вагон. Или не захотел?
К тому моменту Марионеточника уже начали терзать некоторые сомнения. К тому моменту он уже видел пробелы в своем почти идеальном плане. Если он уйдет, то нарушит соглашение, отнимет у Мари единственную оставшуюся ей радость. Радость общения. Когда она снова проснется – а она непременно проснется! – и выяснит, что рядом нет никого, кроме марёвок и угарников, что даже её нерадивый и нелюбимый сын вылетел из своего огненного гнезда, как она поступит? Что сделает с теми, кто нарушил договор и злоупотребил её доверием? Марионеточник был уже достаточно стар и достаточно мудр, чтобы не бояться за себя, но по тем же причинам он продолжал бояться за своих девочек и тех, кто был им дорог.
– Я думаю, то есть, я почти уверена, что фон Лангер успел вскочить в последний вагон. – Вероника сейчас разговаривала не с ним, она разговаривала сама с собой, а он просто слушал и не мешал. – А Братан, следуя твоим инструкциям, отправился за ним.
Братан… Дети придумывают такие забавные имена своим зверям. Странно признавать, но у кота теперь новый хозяин. Кстати, вполне достойный, хоть и настроенный пока не слишком дружелюбно к хозяину бывшему.
– Без болотной воды они теряют свою силу, – продолжила Вероника. – И псы, и коты. Ты видел, какие они в этом мире, дядя Тоша!
Марионеточник кивнул. Он видел, и мог сопоставить размеры реальные с потенциальными. В этом мире его прекрасный огнеглазый кот выглядел жалким лишайным чудовищем. Впрочем, не таким уж и жалким, судя по тому ажиотажу, который вызывал каждый его выход в свет.
– Все хотят от него котят! – Вероника улыбнулась. – Боюсь даже представить, что может получиться на выходе.
– Лучше не представляй. – Марионеточник тоже улыбнулся.
Разговор про кота с дурацким именем Братан неожиданно разрядил царящую в кабинете атмосферу настороженной напряженности.
– Как бы то ни было, он пошел за фон Лангером до самого конца. – Вероника мотнула головой. – А эта мстительная нежить быстро просекла, что происходит, просекла, посадила кота на цепь, мучила и издевалась. Если бы не Степан, не знаю, что стало бы с нашим Братаном.
– Степан настоящий мужик, – сказал Марионеточник без тени иронии. – Его любят женщины, дети и котики!
Они снова обменялись понимающими улыбками. Лёд тронулся, как сказал бы незабвенный Остап Бендер!
– Что было потом? – спросила Вероника после небольшой паузы, во время которой Марионеточник раскуривал сигару.
– Как только фон Лангер сбежал, я понял, что Стеше грозит беда.
– И ты не ошибся, дядя Тоша.
