Энгельс лишь отчасти разделяет эту мысль Маркса. Он считает, что уже сама депрессия отчасти высвобождает оборотный капитал и стихийно воздействует на него. Действительно, во время депрессии уменьшение средств обращения становится ощутимым «лишь к концу», а «в общем и целом этот процесс развивается с самого начала депрессии, хотя в действительности его и нельзя проиллюстрировать в деталях» [МЭ: 27, 187]. Однако Энгельс не считает полезным вмешательство в стихийное взаимодействие различных моментов обращения. Маркс, напротив, полагает, что воздействие на норму процента, не продиктованное непосредственно озабоченностью банка, могло бы смягчить последствия торгового кризиса, потому что обесценение капитала положительно повлияло бы на норму прибыли.

Как известно, Маркс занимался проблемой обесценения в работе «Нищета философии». В ней вслед за Рикардо он отметил, что закон стоимости как мера действительного труда является также «законом постоянного обесценения труда… Обесценение распространяется не только на товары, вынесенные на рынок, но и на орудия производства – на все предприятие» [МЭ: 4, 99]. Чтобы противостоять этому непрерывному процессу обесценения, по мнению Маркса, существует «предварительное соглашение», предполагающее, с одной стороны, наличие общей суммы производительных сил (непосредственный труд как показатель производительных возможностей накопленного труда) и суммы существующих потребностей – с другой. По этому поводу он писал:

«Сама природа крупной промышленности требует равного для всех рабочего времени. То, что сегодня является результатом действия капитала и конкуренции между рабочими, завтра, с устранением отношения труда к капиталу, будет достигаться посредством соглашения, основанного на отношении суммы производительных сил к сумме существующих потребностей. Но такое соглашение является смертным приговором индивидуальному обмену… В принципе нет обмена продуктов, но есть обмен участвующих в производстве видов труда. От способа обмена производительных сил зависит и способ обмена продуктов» [МЭ: 4, 108].

Общественные отношения – «творение людей», «действующих лиц и авторов их собственной истории» [МЭ: 4, 138], которые развивают эту историю с помощью трех факторов: «роста» производительных сил, «разрушения» общественных отношений, «формирования» идей.

В современном обществе, основанном на наемном труде, три перечисленные здесь модели рациональности (накопление знаний и технических достижений, а следовательно, повышение стоимости; критика, разрушение, перестройка системы знаний и техники, а следовательно, обесценение; изменение общественных отношений, а следовательно, формирование идей) действуют, подстегиваемые конкуренцией. Главным условием является развитие производительных сил (логика накопления и роста). Однако в рамках капиталистического общества это осуществляется только при наличии конкуренции, то есть под действием непрерывного разрушения (обесценения) тех же производительных сил (живых или мертвых). Это двойственное движение принимает историческую форму противоречия между накопленным трудом (превратившимся в частную собственность) и созданием новой прибыли. Положительным условием для валоризации (возрастания стоимости) является введение в эту систему новой рабочей силы. Однако этого не было бы достаточно для придания необходимой мобильности системе, если бы при этом не действовало отрицательное условие, а именно обесценение живого и накопленного труда. В эпоху кризиса капитал не колеблясь производит собственную переоценку. Капиталистическая система производства продолжает функционировать, потому что общая сумма наличных и прошлых производительных сил (наличный общественный труд) подвергается давлению и противоречивым воздействиям (сокращение времени необходимого труда для воспроизводства рабочей силы и обесценение накопленного капитала). На самом деле капитал – это «накопленный труд, который служит средством для нового производства» [МЭ: 6, 443][101].

Перейти на страницу:

Все книги серии История марксизма

Похожие книги