Если непримиримая критика гегелевской философии права и ее зависимости от государства была необходимой предпосылкой для соответствующего теоретического понимания диалектики истории, то некоторые наиболее важные открытия теории Гегеля Маркс увидел лишь после того, как самостоятельно сделал выводы по ряду проблем в этой области. Именно поэтому рассматривать этот вопрос в свете «гегелевского влияния» или в свете воображаемого освобождения от него не имеет смысла. Приведу наиболее типичный пример: одним из выдающихся открытий Маркса была роль
«…Мои особенные, телесные и духовные умения и мои возможности деятельности и ограниченное во времени пользование ими я могу отчудить другому, так как они вследствие этого ограничения получают внешнее отношение к моей целостности и всеобщности. Но если бы я отчудил все мое время, становящееся конкретным в процессе труда, если бы я отчудил мою производительную деятельность как целое, то я сделал бы собственностью другого самое сущность этой деятельности, мою всеобщую деятельность и действительность, мою личность» [МЭ: 23, 179. Примечание 40].
Аналогичным образом орудие производства как главный фактор опосредствования в человеческом развитии имеет в теории Маркса основополагающее значение.
«Средство труда есть вещь или комплекс вещей, которые рабочий помещает между собою и предметом труда и которые служат для него в качестве проводника его воздействий на этот предмет. Он пользуется механическими, физическими, химическими свойствами вещей для того, чтобы в соответствии со своей целью применить их как орудия воздействия на другие вещи» [МЭ: 23, 190].
Ясно, что проблема, о которой идет речь, содержит этот важнейший принцип со всеми вытекающими отсюда последствиями для понимания диалектики истории. И по причинам, перечисленным выше, от философа, который эмпирической действительности придает значение чистого феномена, было бы неразумно ждать развития этого принципа так, как это делает Маркс. Тем не менее знаменательно, что (пусть в весьма абстрактной форме и, более того, с оттенком мистицизма в способе выражения) главный диалектический принцип опосредствования определен Гегелем на самом высоком уровне философского обобщения как взаимообмен факторов, следующих логике внутреннего движения, присущего каждому из них, как это видно из примечания в конце страницы, которое Маркс добавляет к собственной формулировке:
«Разум столь же хитер, сколь могущественен. Хитрость состоит вообще в опосредствующей деятельности, которая, обуславливая взаимное воздействие и взаимную обработку предметов соответственно их природе, без непосредственного вмешательства в этот процесс, осуществляет свою цель»[95].
