Маркус вздрогнул. Он резко повернул голову в сторону модуля ввода данных, и его взгляд застыл на веренице хорошо знакомых ему символов. Через мгновение из динамиков биоробота раздался тихий и какой-то отрешенный возглас:
– Это все, Майк, конец!
Слова Маркуса сковали парня по рукам и ногам. Он, до последнего отгоняя от себя страшные мысли, переспросил Маркуса:
– Что? Что это значит – конец?
Маркус ничего не ответил, он только бережно положил Чериш на пол и побежал к пульту. Вскочив в операторское кресло, биоробот забегал пальцами по клавиатуре. Это продолжалось до тех пор, пока на мониторе не появились статичные картинки с ранее бегущими знаками. Сейчас Маркус словно перелистывал страницы, сменяя картинку за картинкой, прикасаясь пальцами к висящим в воздухе кнопкам. Он жадно впитывал в себя отображаемую на мониторе информацию. Прошло несколько минут в полном молчании. Никто не решался окликнуть биоробота, и все с паническим страхом ждали его ответа. Вдруг Маркус заговорил, не отрывая взгляда от монитора:
– Одна из боевых групп выведена на поверхность. Группа состоит из двухсот пятидесяти летательных аппаратов, в которых находится по пятьсот кибернетических солдат. То есть сто двадцать пять тысяч СиЭс, готовых уничтожить все живое, ждут команды к вторжению! И это произойдет уже через двадцать пять минут!
Миссис Рут вскрикнула от ужаса. Майк и отец, не поверив услышанному, сорвались с места и побежали к прозрачной перегородке. То, что они увидели, заставило их удивленно переглянуться. Отец и сын поразились тому, какая за стеклом была тишина. Уже ставшая привычной тряска, каждый раз появляющаяся при движении платформы, загруженной летательными аппаратами, как-то незаметно для всех исчезла. А сами платформы, ранее создававшие нестерпимый гул, тихо притаились где-то глубоко внизу бездонного овального колодца. Все как-то выглядело необычайно пусто! Основное количество ниш, которые когда-то, словно селедка в банке, были заполнены кибернетическими солдатами, сейчас непривычно пустовали, а летательных аппаратов не было видно вообще. Ну, во всяком случае, они не наблюдались, насколько хватало зрения отца и сына. И только один аппарат мозолил глаза на фоне необычайной пустоты – это аппарат, который сюда доставил Маркуса и морпехов. Он, как оказалось, по меркам гигантской базы находился совсем недалеко от операторской комнаты и ранее терялся среди своих многочисленных собратьев.
– Что делать, Маркус? – почти синхронно закричали Уильям и сын.
– Что делать, что делать! – вдруг послышался тихий голос Мерфи. – Валить вам всем надо, а я взорву базу!
Все с удивлением и надеждой посмотрели на полуживого сержанта, сидящего у стены и наблюдающего за происходящим.
– Да, да, – продолжал морпех, – валите отсюда как можно быстрее и не спорьте со мной! Я все сделаю в лучшем виде! Силы еще пока есть, и меня минимум еще минут на сорок хватит. Ты, Маркус, хватай Дайрона, а Уильям с сыном возьмут твою девчонку – так вы сможете отсюда быстро убраться.
Все в нерешительности посмотрели друг на друга.
– Валите, мать вашу! – вдруг закричал сержант. В его голосе чувствовалась неподдельная злость. – Давайте, шевелите вашими долбаными задницами и не думайте обо мне! Я уже скоро сам коньки отброшу, а так хоть какую-то пользу принесу!
Вдруг очнулся Дайрон, лежащий на полу возле Мерфи. Тот, с трудом выдавливая из себя воздух, что-то мычал, показывая сержанту распрямленный средний палец. Затем здоровяк заменил его на указательный и стал им тыкать то в Мерфи, то в себя, не прекращая со злостью выдавать непонятные слова через заклинившую челюсть.
Мерфи понимал, о чем кричал его друг, но, сжав от отчаянья кулаки, отвернулся от него и…
– Маркус, время идет! – выкрикнул сержант. – Давай, парень, быстрее тащи меня к тому месту, где надо стрелять, и покажи, куда там на твоем приборе давить, чтобы он расхерачил эту базу к гребаной матери!
Обездвиженный от ранений Дайрон мычал еще сильнее и уже пытался колотить Мерфи своей еле двигающейся рукой, но тот не мог смотреть своему другу в глаза и из-за этого к нему не поворачивался. У сержанта текли слезы. Он не хотел смерти Дайрона, а пытался спасти ему жизнь, как бы тот ни требовал оставить его тоже здесь, вместе с ним.
Маркус не мог позволить погибнуть Мерфи и, в то же время, он не знал, как ему поступить в этой ситуации.
– До вторжения двадцать минут, Маркус! – закричал Майк. – Мы не успеем добраться до туннеля!
Маркус понимал, что до туннеля далеко и тем путем им не уйти до того, как Мерфи взорвет базу, даже если они безошибочно найдут туннель с помощью не говорящего и еле живого Дайрона. На летательном аппарате, на котором они сюда прилетели, будет намного быстрее, и до него короче дорога, тем более Маркус ее хорошо запомнил.
