– Хорошо, поверю и в этот раз. – Бесцеремонно затолкав Максика в самый угол, Назарова угнездилась на диванчике, выставив свои фантастические ноги для всеобщего обозрения и восхищения. – Итак, продолжим… Каких - то чётких оформленных данных, информации в общепринятом понимании этого слова, честно говоря, нет, к сожалению, у меня. Так, кое - какие зарисовочки юного натуралиста… Но поверьте, братцы - кролики, у нас есть чем вас удивить! Все в курсе, наверное, на какой кафедре я подвизаюсь, да? Максик не в курсе? Что ж ты так, малыш! На Кафедре безопасности систем, психостатических переходов, бла - бла - бла и всё такое. Ключевое слово – безопасность! Усёк? Так вот девушка я хоть и пытливая, но поперёк батьки в пекло лазать непривычная, и потому когда Юрий Иванович с гордо поднятой головой, с металлом в голосе борзо всхрюкнул Брукмюллеру, что, мол, без проблем окучит «Понедельник начинается в субботу» братьев Стругацких, не придала тому особого значения. Юрочка, чай, не мальчик уже, отчёт в действиях своих отдаёт. К тому ж старина Роланд, о - о - о - о! – признанный гуру психостатики, друга в беде не оставит, всегда найдёт в себе силы подсобить. Нда - а - а… Ну, подумаешь, Стругацкие! Подумаешь, какой - то там «Понедельник»! Чем он мудрёнее вторника, скажем, или четверга? Детские игрушки! Чешуя русалочья, в двух словах! Однако вернувшись из загадочной Страны восходящего солнца и с некоторым удивлением застав господ Ширяева и фон Штауфена всё в том же удручённом состоянии духа у того же раздолбанного корыта, я слегка, честно говоря, прифигела! Время - то ушло! И тут во мне проснулся естественный профессиональный интерес. Я бы даже сказала – азарт! Кстати, знаешь ли ты, о Ролушка ибн Йозеф, как вашу парочку неразлучную с Ширяевым на факультете кличут? …Нет?! «Муха ШеШе»! Ха - ха - ха! Правда, не знал? Мило, да? А ещё – шишиморы! Здорово, да?
– Нет! Не здорово! Будет наконец - то хоть что - нибудь по существу?! – Будет, будет! Не дуйся, Ролик, тебе не идёт! Короче, решила я в базах пошариться,
дабы по возможности облегчить мальчикам задачу. А базы, чтобы все понимали, любые нам доступны, включая и «секретные», и «суперсекретные» студенческие. Ха! Такая уж у нас кафедра хитрющая! И что я вижу?! Нет ни одной слойки для Миров братьев Стругацких, ни одной! Представляете себе?!
– Эко диво! Открыла Америку! Думаешь, мы этого не знали? – Уверена, что нет, пока конкретно копать не начали. И не надо свистеть своим ребятам!
Некрасиво!
– Ладно, проехали! – насупившись, буркнул Роланд. – У Юрки, я уже давно подметил, особенность интересная есть: ему всегда попадаются самые трудные экзаменационные билеты, самые въедливые преподаватели, самые нерешаемые задачки и самые… хм… сложные… женщины. Что ж, тем ярче будут наши победы!
– Будут, брат - сосиска! Будут, не сумлевайся! Именно я в том вам и помогу! – Ой ли?
– Оставь сомненья всяк! Слушай сюда, котёнок, не перебивай! Недавно мы со смежниками - европейцами проектик один небольшой американцам сплавили. Очередную сервисную систему для обслуживания больших объёмов информации. Больших не то слово – огромных! Гигантских! Вселенских! На самом же деле ничего особенного – обычная межсекторальная научно - исследовательская работёнка. Целевое, бум говорить, расходование бюджетных средств. Ха - ха! Укрепляли дружбу, так сказать, между народами. Сутками на кафедре пропадали! У - у - ух! По большому секрету скажу, перетрахались все! Французы – вообще способные ребята, да и скандинавы ничего себе, крепенькие…
– Хм! Тоже мне тайна Мари Роже, перетрахались они! Было бы странным… – Да не перебивай уже, сукин ты хурензон! Совсем, что ль, расчеловечился, вести себя
