В Марте участились нарушения Государственной границы на территории Одесского военного округа румынскими самолетами. Многократные облеты местности вдоль границы давали основание предполагать, что ведется раз-
ведка советских военных объектов, а также уточнение ранее выполненных съемок.
Нарушение советских границ немецко-фашистской Германией и ее сателлитами производилось в основном па главных направлениях спланированной агрессии против СССР. Началось оно на Востоке и Западе с сентября 1940 года. Участием в нем Японии гитлеровская Германия хотела дезориентировать и распылить внимание Советского правительства.
К маю 1941 года стало ясно, что Гитлер не собирается нормализовать отношения и всячески уклоняется от переговоров по поводу создавшейся ситуации. Предпринятые правительством СССР дипломатические шаги не дали положительных результатов. Вблизи советских границ продолжали сосредоточиваться немецко-фашистские войска. Из различных источников поступали сведения о конкретных датах нападения гитлеровской Германии, о том, что она практически завершила подготовку к вторжеппю и в любой момент следует ожидать его начала.
Суровая действительность взывала к ответным мерам. Генеральный штаб решил со второй половины мая выдвинуть на запад круппые резервы из внутренних округов. Командующим пограничными округами, в том числе и Одесским военным округом, были даны указания передислоцировать ряд дивизий и корпусов поближе к Государственной границе, срочно приступить к разработке плана ее прикрытия на случай войны.
6 июня командование округа получило согласие Наркома обороны о выдвижении на бельцезское направление 48-го стрелкового корпуса с целью обеспечения стыка с Киевским Особым военным округом '. В состав корпуса были включены 74, 30 и 176-я дивизии. Нарком требовал осуществлять передвижение войск скрытно, в ночное время. Необходимо было срочно обсудить ряд организационных вопросов с командиром корпуса, и Захаров отправил самолет за Малиповским (командующий округом в это время находился в Крыму).
В штабе округа М. В. Захаров и Р. Я. Малиновский, стоя над раскрытой картой, намечали маршруты и районы учений, в том числе учения по форсированию Днестра, с таким расчетом, чтобы скрыть от противника замысел советского командования по подтягиванию войск 2 к границе. Перевозки должны были осуществляться без изменения графика работы железнодорожного транспорта. Они также рассмотрели план подъема частей по тревоге, порядок поддержания связи и многие другие вопросы.
Во время встречи Малиновский узнал от Захарова, что приграничные соединения усилили бдительность по охра-пе Государственной границы. Командиры стали чаще проверять боевую готовность войск. В авиационных частях и соединениях проводились тренировки в перебазировании самолетов с постоянных аэродромов на оперативные, где создавались запасы горючего и боеприпасов.
...Одесса спала глубоким сном. Вокруг стояла безмятежная тишина. Было очень поздно, скоро рассвет, и свежая ночь вновь сменится знойным летним днем.
— Неплохо было бы, Матвей Васильевич, иметь характеристики на гитлеровских командиров и командующих, с которыми придется иметь дело. Очень уж интересно знать их слабые стороны, о сильных мы достаточно напичканы трескотней о победах из печати и по слухам. Я, конечно, понимаю, что откажут, по желание велико.
— Думал об этом. Пока рано — пе та ситуация. Ты помнишь белорусские маневры в тридцать первом?
— Помшо.
— А помпишь немецкую военную делегацию? Она присутствовала на учениях.
— Постой, постой, припоминаю! А что?
— Так вот, там были два полковника: один — Ерау-хич, другой — Кейтель. Есть данные, что первый сейчас при Гитлере главком сухопутными войсками, а Кейтель — начальник штаба ставки.
— Да, видные посты заняли за десять лет...
Итак, явно падвпгалась война. И Родиону Яковлевичу особенно запали в душу слова М. В. Захарова: «Судя по всему, мы стоим на пороге тяжелых испытаний. II что бы пи случилось с тобой — держи связь, всегда помогу. Ведь ты будешь па главном направлении округа».
В ночь на 8 июня генерал Малиповскпй объявил боевую тревогу штабу, частям в Кировограде и включеппым в боевой состав корпуса 74-й стрелковой и 30-й горнострелковой дивизиям. Одновременно в Котовске была поднята 16-я танковая дивизия, которая совместно с 30-й горнострелковой из Рыбниц составляла «противника» на Днестре по условиям задачи.
