К 15 июня 74-я и 30-я дивизии сосредоточились северо-восточнее Бельцев. 176-я дивизия оставалась на прежнем рубеже — река Прут от Липкан до Петрешт у Скуляп. За несколько часов до начала войны М. В. Захаров подчинил ее командиру 35-го стрелкового корпуса комбригу И. Ф. Дашичеву. Он считал, что руководство обороной стыка между правофланговой 176-й дивизией и 95-й, которой предстояло прикрывать Государственную границу южнее, должно осуществляться одним командиром. Однако расстояние между штабом дивизии в Бельцах и штабом 35-го корпуса в Кишиневе составляло 180 километров, и Малиновского беспокоило такое решение, поскольку дивизия, прикрывая границу на 150-кплометро-вом фронте, заслоняла собой бельцевское направление, па котором сосредоточились две другие его дивизии. Управлять приграпичпыми частями из штаба 48-го стрелкового корпуса, разместившегося во Флорештах, было куда удобнее, чем И. Ф. Дашичеву из Кишинева.
Усомнившись в надежности обороны малыми силами па столь широком фронте и в эффективности управления частями на больших расстояниях, Родион Яковлевич стал настаивать на возвращении ему 176-й дивизии под командованием В. Н. Марцинкевича и па разрешении выдвинуть 30-ю дивизию в сторону Скулян. Одпако начальник штаба округа не согласился на это. Оставалось надеяться на большой боевой опыт комбрига И. Ф. Да-шпчева и готовиться к возможному военному вторжению.
В конце июня в округе должны были начаться штабные учения со средствами связи. Привлекались штабы корпусов, авиация и армейский аппарат, образуехмый из окружного управления па случай мобилизации. Родион Яковлевич просил Захарова исключить участие в учении штаба 48-го стрелкового корпуса.
Утром 18 июня из Крыма возвратился командующий. Захаров доложил ему, что полевую поездку на учение нецелесообразно проводить со средствами связи, так как обстановка требует постоянной боевой готовности войск. В случае войны сосредоточение средств связи в Тирасполе и Кишиневе оставит войска округа без управления. Вместо этого целесообразнее провести рекогносцировку с решением задач-летучек на местности без средств связи, чтобы командиры смогли при необходимости быстро возвратиться к своим войскам. Что касается формируемого армейского управления, то его лучше поднять по тревоге и отправить в Тирасполь па свой узел связи.
Командующий возразил, ссылаясь на то, что Генеральный штаб обвинит округ в срыве важного мероприятия. Однако по настоянию Захарова Черевиченко позвонил ь Москву и доложил соображения начальника штаба. С. К. Тимошенко ответил, что надо согласиться с Захаровым.
В 5 часов утра 20 июня личный состав, выделенный для создания управления 9-й армии, был отправлен на автомашинах. Захаров задержался по срочным делам и выехал поездом 21 июня. В тот же день прибыл в Тирасполь. Штаб армии разместился в здании педагогического института.
...Около 22 часов 21 июня командующий округом вызвал М. В. Захарова на переговоры и спросил, сможет ли он расшифровать телеграмму, если получит напрямую из Москвы? «Смогу»,— последовал ответ. Буквально через пару минут опять вопрос: «Вторично спрашиваю, подтвердите свой ответ, что можете расшифровать телеграмму из Москвы?» Захарова крайне удивило повторение запроса. Он ответил: «Вторично докладываю, что могу расшифровать любую телеграмму из Москвы». Я. Т. Черевиченко дал указание: «Ожидайте поступления на
Москвы шифровки особой важности. Военный совет уполномочивает вас немедленно ее расшифровать и отдать соответствующие распоряжения. Я и член Военного совета будем в Тирасполе поездом 9.00 22 июня».
Соединившись с Москвой, Захаров вызвал оперативного дежурного по Генеральному штабу и спросил, когда можно ожидать текст особой важности. Тот ответил, что пока не знает. Оценив создавшееся положение, М. В. Захаров в 23 часа вызвал к аппаратам командиров всех корпусов и отдал приказ: «Штабы и войска поднять по боевой тревоге и вывести из населенных пунктов. Частям прикрытия занять свои районы. Установить связь с по-гранчастями». Командующему военно-воздушными силами округа было предложено вывести за ночь самолеты на полевые аэродромы.
Примерно во втором часу ночи 22 июня Захарова вызвала .Москва: «У аппарата ответственный дежурный
