— Но как же это так, сержант?! — Вскинулся от возмущения Тан. — Мы все видели, как что-то вырванное из груди той твари проникло в его тело! И нам просто закрыть на это глаза? А если он заражен? А если он доселе неизвестная тварь Роя и как только мы утратим бдительность он свернет нам шеи?! Я, как и все с очень большим уважением отношусь к рыцарям ордена Памяти. Они проливали за нас кровь, когда мы скулили как щенки и прятались по всем щелям словно тараканы, но как можно закрывать на подобное глаза?!
У костра повисло тягостное молчание. Слышно было лишь, как падает снег и трещат в огне дрова. Максим поднял голову и наткнулся на тяжелый взгляд Беверика. Он окинул взглядом остальных. Все выжидающе смотрели на него. Хмыкнув, он спросил:
— Значит того, что я остался спасать ваши жизни в одиночку, вам недостаточно?
Одно из поленьев в костре вдруг резко треснуло, выбрасывая во все стороны целый сноп искр и Тан, как самый близкий к огню испуганно отпрянул. Все предпочли не обращать на это внимание. Кажется, одному лишь Максиму показалась странным такая пугливость закалённого в битвах воина.
— Мы вернулись за тобой, — парировал Беверик. — И один из нас даже погиб, сражаясь плечом к плечу рядом с тобой. А потом мы тащили твое еле живое тело на себе несколько недель. Не оскорбляй нас подобными словами. Мы тебе ничего не должны.
— Ты прав, я погорячился, — тут же признал свою ошибку Максим. — Но раз уж вы так сильно хотите знать чужие тайны, то должны будете принести мне клятву крови. Или можете прямо сейчас обезглавить меня.
Тан после этих слов заметно напрягся и положил ладонь на рукоять меча. Леми молча поднялась и медленно отступила от товарищей подальше от костра, чтобы обеспечить себе как можно больше места для стрельбы.
— Успокойтесь, — небрежно бросил Беверик своим людям. — Мы не будем его убивать.
— Твои люди хорошо выучены, — оценил произошедшее Максим. — Несмотря на возможные симпатии ко мне, возникшие за время нашего знакомства, они были готовы убить меня. Это дорогого стоит.
— Ты ошибся, рыцарь, — продолжил сержант. Максим удивленно приподнял бровь. — Ошибся, предположив, что мы захотим убить тебя.
В очередной раз на лесной просеке стал слышен лишь звук падающего снега. Все выжидающе уставились на Максима, ожидая его реакции. А она себя долго ждать не заставила. Мужчина громко рассмеялся, хватаясь за живот и заваливаясь спиной назад. Он громко хохотал не дольше минуты, а затем, вытирая одной рукой выступившие слезы, второй потянулся к Кристиану.
— Помоги мне подняться, пожалуйста.
— Да, конечно…
Словно удав, Максим крепко сжал ладонь мечника и вывернув её, взглянул на ногти мужчины. Чёрт. Не может быть. С ними было всё в порядке… Да они были отросшими, грязными, но на них не было мутно зелёных колец, свидетельствующих о заражении скверной. Максим разочарованно отпустил руку Кристиана и взглянул на него, собираясь объяснится, вот только над ним стоял уже не Кристиан. Плоть человеческого лица словно разогретая восковая маска, медленно сползала с лица мечника, оголяя изуродованные гноем и мутациями мягкие ткани и мышцы. Два желтых глаза с ненавистью сверлили Максима пугающим взглядом.
Спущенная тетива посреди тишины леса, прозвучал словно выстрел пистолета в закрытом помещении, в мгновение ока снимая ситуацию с замедленного воспроизведения и ускоряя события до предела!
На одних лишь инстинктах, Максим резко отстранился назад, одновременно с этим отталкивая от себя мечника и с неким философским спокойствием смотрел на то, как стрела пролетает всего в нескольких миллиметрах от носа.
Перекатом уйдя назад, он встал на ноги и открыв свои энергетические каналы, принял хлынувшую в себя стихию первозданного эфира.
— Ак-та! — Изогнутое и переломанное тело Кристиана откинуло далеко назад. С громким хрустом ударившись о ствол толстого дерева, он без чувств повалился на землю.
Свистящий звук рассекаемого мечом воздуха раздался откуда-то справа и Максим вновь увернулся, совершив кувырок вперед и выхватив лежащий на вещах у костра меч. Со жгучей ненавистью в глазах он взглянул на выродков скверны и приготовился к бою. Бывшие Тан, Беверик и Леми молча окружали его по сторонам, пытаясь взять в кольцо, но Максим даже не пытался им в этом помешать.
Внезапное чувство ярости, слишком сильное даже для такой ситуации затмило Максиму разум. Обида на себя, на весь несправедливый мир вокруг. Обида на погибших друзей и товарищей. Его оставили одного в этом жестоком и смертельно опасном мире. Даже его учитель, который однажды спас его, умер от руки своего же ученика… Все, кто находиться рядом с ним рано или поздно умирают. Что он совершил в жизни столь ужасного, что судьба столь немилосердна к нему?
Блеск сумасшествия на мгновение проскользнул в глазах Максима, и он грустно улыбнулся, откинув от себя меч. Максим выпрямился и прикрыл глаза, излучая всем своим видом полную покорность открывшейся судьбе.
