Правое ухо различило еле уловимый шорох. Магейхт оторвался от объектива и повернулся на шум. На отвесном краю ложбинки в его сторону с повышенным интересом смотрел «хилитаи» — варан. От неожиданности чаморро даже прекратил жевать бетель38, горькие листья дикого перца, обладающие лёгким наркотическим свойством. Мужчина достал жвачку из рта, смял её в небольшой комок и кинул чуть в сторону от варана вниз по ложбинке. «Хилитаи» среагировал моментально и бросился на приманку. «Уф…», — облегчённо вздохнул Магейхт, сплюнул остатки слюны кровавого цвета и прильнул к трубе. И вовремя. На посадку заходил тяжёлый транспортник.
Вроде всё как обычно, но около штабного корпуса почему-то собралась большая толпа военных и гражданских лиц во главе с начальником этой базы, маленьким и лысым офицером. Его-то чаморро давно заприметил. А почему начальник, так всё просто — ему все подчиняются и отдают честь. Вот и сейчас офицер стоял чуть в сторонке с небольшой свитой. Видно, ждут важного гостя… Однако когда транспортник замер на отведённом для него месте, к нему, чадя дымом, подъехал мощный тягач с прицепом и кран. Кроме того, охрана плотным кольцом обступила самолёт.
Где-то часа полтора шла разгрузка. Всего Магейхт насчитал четыре больших контейнера, которые в сопровождении охраны были отвезены в специальную зону в хранилище, где, как полагал чаморро, хранились секретные боеприпасы. Уж очень серьёзная была там охрана.
Встречавшие транспортник военные стали расходиться. Зажглось дежурное освещение на авиабазе. Сумерки быстро превратились в темноту. Магхейт вздохнул и стал собираться. «Наверное, самое интересное будет завтра», — подумал он.
Внизу глухо ворчало море. Чжу Вон, стоя на краю обрыва, зябко поёжился и потуже затянул тёплый капюшон под подбородком.
В очередной раз кореец нервно посмотрел на светящийся циферблат. Часы показывали 6:20. Времени уже катастрофически не хватало, скоро начнётся хоть и не значительное, но всё-таки движение автомашин. Джип, стоящий в столь раннее время у обочины дороги, петляющей вдоль побережья, может вызвать ненужный интерес. Конечно, к нему никто не подойдёт, так как его номер 2—1639, принадлежащий государственному комитету обороны, делал саму автомашину и его пассажиров неприкасаемыми. Тем не менее время подпирало, и Чжу продолжал вглядываться в клокочущее внизу море, стремясь разглядеть группу боевиков. Одновременно с этим он не переставал подавать световой сигнал, который служил ориентиром диверсантам для выхода на берег.
Вчерашний звонок Куратора хоть и был в определённой мере неожиданным, но принёс скорее облегчение. Эта возня с русским порядком поднадоела майору, и он был рад очередному заданию, исход которого мог открыть перед ним новые перспективы.
Властный и монотонно отдающий приказание голос до сих пор стоял в ушах Чжу Вона: «Обеспечишь приём 2 марта на восточном побережье четырёх человек. Десантироваться на берег они будут из-под воды. Сопроводишь их на конспиративную квартиру №2. Выход в точку проведения акции 8 марта к 5:00. Объект прибудет в зону работы снайперов с 11:00 до 12:00. Твои предложения по проведению операции утверждаю». И самое главное, что ласкало слух Чжу Вона, была последняя фраза Куратора: «По завершении операции проси, что захочешь…»
— Ух!.. — с облегчением произнёс майор, увидев качающиеся на волнах три головы, и бросился вниз по еле заметной тропе. — Э? А где четвёртый? — с тревогой пробормотал он, продолжая шарить биноклем по воде, пытаясь найти последнего члена группы.
Волны с шумом накатывались на валуны, затрудняя выход на берег боевикам. Майору не оставалось ничего другого, как самому войти в холодную воду и помочь уставшим диверсантам, каждый из которых тянул за собой ещё и снаряжение.
— Быстрее, кому говорю! — Сняв маску, крепкого телосложения боевик отрывисто и со злостью отдавал распоряжения подчинённым.
Первым на берег вышел высокого роста худощавый боевик и тяжело сел на гальку. Чжу увидел лицо молодого парня, который, повернувшись в сторону моря, с безразличием наблюдал за оставшимися в воде мужчинами, которые пытались затопить акваланги.
«Снайпер», — подумал почему-то с уважением Чжу, глядя на сидевшего гостя. И он был прав. Это был Гюн.
Покончив с аквалангами, диверсанты вышли на берег и побежали за майором к белеющему в темноте джипу. В салоне было тепло. Мужчины сняли гидрокомбинезоны и переоделись в форму северокорейских офицеров госбезопасности.
Чжу молча сидел на водительском месте и ждал, когда гости придут в себя. Всё-таки десантирование из подводной лодки испытание не для слабонервных.
— Гюн, теперь уже единственный снайпер, — кивнул в сторону молодого парня старший группы, — второй — его напарник. Я — Кэгури. Как к вам обращаться? — спросил мужчина.
— Парам40.
— Парам-сси!41 У нас проблемы…
Чжу слегка побледнел и тихо, но властно прервал говорившего:
