Главный редактор «Сан-Франциско кроникл» устало приподнял кисти рук вверх. Два часа безудержного спора со своим помощником о названии передовицы и подаче материала в завтрашний тираж его утомили.
— Сдаюсь! Твоя взяла… убедил, — ворчливо произнёс главред и вновь стал смотреть проект статьи. Безудержная волна интернет-ресурсов безжалостно топила в последнее время печатные издания, которые отчаянно барахтались в мутной среде массмедиа, пытаясь выжить. Не осталась в стороне и одна из крупнейших ежедневных газет США на Западном побережье «Сан-Франциско кроникл». Выжить можно было исключительно за счёт эксклюзивных и интересных для читателей материалов. Главный редактор перевернул последнюю страницу, сощурил глаза и одобрительно хлопнул ладонью по столу. Сидевший перед ним выпускающий редактор, худощавый сорокалетний мужчина, радостно заулыбался. Слегка дрожащей от волнения рукой снял очки и стал протирать запотевшие линзы.
— По сути, материал интересный и злободневный. Однако, Джимми, не спеши радоваться. Как бы нам не вляпаться с нашими оценками.
— Питер! Мне пришлось напрячь своего приятеля из Пентагона, чтобы убедиться в достоверности полученной от источника информации. Он косвенно подтвердил, что стратегический бомбардировщик-невидимка может быть оборудован для несения двух противобункерных бомб. На полученных с Гуама фотографиях действительно видны такие авиабомбы, хотя они и отличаются своими размерами от тех, которые применялись в Афганистане. Приятель слышал, что для самолётов В-2 разработан новый тип бомбы, более мощный, чем «Дэйзи каттер», но на вооружение ещё не принят.
— Это я и так понял. Но Гуам не место для испытаний новых боеприпасов. И здесь мы возвращаемся к основному пункту нашего спора. Зачем? С какой целью стратегические бомбардировщики В-2 вооружаются супербомбами? Мы не можем ошибиться в своих выводах. Надеюсь, ты меня понимаешь?
— Питер, — выпускающий редактор снова снял очки и стал протирать линзы, — мы с тобой пришли к единственно возможной версии, что целью применения противобункерной авиабомбы может быть только убежище северокорейского лидера. А это несколько дурно пахнет, не так ли?
— Всё! Дискуссия закончена, материал направляю в печать, — с этими словами главный редактор взял ручку и расписался. — А твой чаморро молодец… Гонорар заслужил, — закончил он вставая.
Джимми тоже вскочил со стула, схватил бумаги и вышел из кабинета.
Яркое весеннее солнце било прямо в глаза. Сощурившись, Артём внимательно, как и в предыдущий вечер, осмотрел подходы к отелю. На этот раз перед вестибюлем было многолюдно, автомашины одна за другой поднимались на пандус, принимая в свои салоны пассажиров. Российская молодёжная команда в полном составе, за исключением тренера, стояла около автобуса в ожидании Пака, который чуть в стороне беседовал с атташе консульского отдела посольства.
Знакомый фиолетовый микроавтобус затесался на парковке между двух такси. Водитель, высунувшись из окна, курил, лениво пуская струйки дыма вверх, изредка поглядывая на входную дверь отеля.
Ещё раз осмотревшись и приняв для себя решение, Королёв стремительно перебежал улицу и подошёл к Паку.
— Артём? — с нескрываемым удивлением и облегчением чуть ли не закричал старший тренер. — Что случилось? Мы с товарищем Бесединым с трёх часов ночи здесь с ума сходим! Где ты был?
Пак явно был очень расстроен: старческие глаза слезились, плечи опущены. Перед Королёвым стоял несчастный старик, который любил его как сына.
— Ну и видок у тебя, — немного успокоившись, продолжил старший тренер.
Артём обнял Пака и шепнул ему на ухо: «Всё нормально…» Затем, оглянувшись по сторонам, вкратце рассказал о ночном нападении, попытке пройти в гостиницу и проведённой ночи в храме. После небольшого обсуждения сложившейся ситуации атташе рекомендовал Паку с командой продолжить участие в соревнованиях, тем более сегодня был завершающий день, а он тем временем останется с Королёвым в отеле.
