Только в номере Артём почувствовал усталость. Слишком насыщенными для него оказались прошедшие сутки. Чуть поморщившись, он разделся по пояс. Сильно ныла рука, синяя гематома расползлась по всему предплечью. Боль в груди не отпускала. Артём прошёл в ванную комнату, умылся. Затем он порылся в карманах и достал найденный в комнате, где был застрелен Ли Дон Гон, скомканный лист из справочника по метеорологии. Рассудив, что атташе ни к чему посвящать в свои дела, полковник разгладил бумагу, поднёс её ближе к свету и стал внимательно разглядывать. Это был лист с картой направлений атмосферной циркуляции в Восточной Азии. Артём сначала было чертыхнулся, увидев карту. Потом стал изучать её более пристально. Ведь не зря же Ли Дон Гон вырвал лист, да и убийцы профессора явно искали справочник по метеорологии. В правом углу еле заметно была видна дата — месяц март, то есть атмосферная циркуляция на первый месяц весны. Видно, что над Корейским полуостровом в это время сохраняется ясная сухая и прохладная погода, но влажные океанические воздушные массы начинают прорываться в сторону Дальневосточного региона России. Королёв задумался. Карта поставила его в тупик. Для организации покушения на Руководителя такая информация особой ценности не представляет. С другой стороны, ясная погода наиболее благоприятна для применения авиации и крылатых ракет. Не зря же Вашингтон и Сеул с 9 марта начинают масштабные военные манёвры на полуострове. Одним словом — ребус. Артём с мыслью, что позже подумает над возникшей загадкой, аккуратно свернул листок и положил его в карман.
Выйдя из ванной комнаты, он молча взял бинт из аптечки и, показав жестами Беседину, что ему требуется помощь, наложил фиксирующую повязку на грудную клетку. От обсуждения последних событий Королёв и атташе воздерживались, понимая, что номер наверняка прослушивается корейскими спецслужбами.
В этот момент раздался решительный стук в дверь. Атташе напрягся и осторожно подошёл к ней.
— Слушаю вас, — стараясь быть спокойным, произнёс он. За дверью было тихо, похоже, стучавший не ожидал услышать голос постороннего человека. Однако после недолгого замешательства снова раздался стук.
— Мне надо увидеть товарища Королёва, — неожиданно раздался приятный женский голос.
— Олег! Открой! — крикнул Артём и в спешке стал рыться в чемодане, пытаясь выудить чистую футболку.
Дверь открылась, и вошла Ли Хва Ми. За спиной стоял её постоянный в последние дни спутник — доктор Ким.
— Что с тобой? — взволнованно спросила кореянка, увидев перебинтованную грудь Королёва и огромную гематому.
— Ничего страшного, — поспешно сорвалось с уст Артёма. Он быстро, стараясь не морщиться от боли, надел футболку, подошёл к шкафу и достал рубашку.
— Вот теперь готов, — продолжил он серьёзным тоном. Шутить не хотелось. Может, неприкрытая жалость, мелькнувшая в глазах кореянки, повлияла на него, а может, возникшие сомнения в той роли, которая отводилась Ли Хва Ми в событиях вчерашнего дня. Да и ночь, проведённая в молитвах, оказала очищающее влияние на Королёва.
— Прости, что в таком виде встречаю, — выдохнул Артём. — Тяжёлый день вчера выдался, — продолжил он. — Проходите, присаживайтесь.
Ли Хва Ми села на стул, а доктор расположился в кресле. В комнате повисла гнетущая тишина. Артём хоть и был на правах хозяина, но начинать разговор не хотел. Кореянка тоже молчала, на её лице явственно читалась обида на Королёва.
— У меня есть предложение, — вдруг подал голос атташе. — Давайте сходим в кафе на чашечку кофе.
— А почему бы и нет? — поддержал его Артём. — Тем более я не завтракал. Если нет возражений, тогда, может, посетим вращающийся ресторан? — Королёв, увидев как Ли одобрительно кивнула головой, облегчённо вздохнул, затянувшаяся пауза стала его тяготить. Когда гости вышли в коридор, он придержал за рукав Беседина.
— Олег! Возьми на себя корейца, пожалуйста. Мне надо побыть с Ли Хва Ми наедине, — быстро проговорил он и подтолкнул атташе к выходу.
В ресторане посетителей было мало. За двумя столиками сидела группа китайских туристов, которые весьма шумно комментировали открывающийся вид на Пхеньян с высоты 44-го этажа.
Королёв, быстро сориентировавшись, выбрал столик, который находился вне зоны видимости со стороны барной стойки, за которой, как обычно, стояли верные стражи режима в лице миловидных сотрудниц министерства госбезопасности. Отодвинув стул, он предложил кореянке сесть. Ли Хва Ми обернулась, ища глазами своего спутника — соглядатая, но атташе, взяв доктора под руку, чуть ли не силой усадил в сторонке. Женщина попыталась было привстать, чтобы возразить, однако передумала.
— Вот мы и вдвоём. Никто не мешает. Ты да я… — начал было Артём, но тут подошла официантка, чтобы принять заказ. Молчание, как и в номере, затянулось. Первой не выдержала Ли Хва Ми:
— Ты не ответил на мой вопрос. Что с тобой случилось, после того как мы расстались? Бинт на груди и гематома?
