Тоня хотела подбодрить сестрe, но слов найти не могла, и так вздохнёт, и взглянет тревожно, и руку потянет с желанием как-то одёрнуть, но постоянно останавливалась. Темно ещё, моросит так, что касочный звон по рубке разносится. Казалось ей, что скорая ночь вовсе не добра, хочет какую-то драму, интригу, выволочь наружу все проблемы — дай повод! «Ей же нравится, точно нравится это всё!» — думала Тоня. Все эти неловкие потуги успокоить, объяснить.
А может, ночь торопит? Правды хочет? Она, конечно, как и смерть, темна, неясна, зла, но не всегда же и не обязательно! Она же, как и смерть, просто приходит, вот её нет, и вот она есть, просто в жизни ночь часто встречается, а сам ты со смертью, настоящей, только однажды встретишься, и уже никогда её не забудешь, как в целом и не запомнишь. Как две сестры. Одна спокойная, рассудительная, неторопливая, даже адекватная. А другая — вот раз! И всё. Первая сестру любит, они похожи, но со вспыльчивостью второй ничего сделать не в состоянии. Первая пытается объяснить неумелому, глупенькому существу, что сестра её не злая, она просто — какая есть, и что не плохая вовсе. Работа такая. Первая каждый день погружает мир во мрак, в неизвестность, потом уходит, а вторая, как дёрнет рубильник, и всё! Всё! Спать пора. Что не успел сделать, то и не успел? Ложиться нужно, всё равно потом кто-нибудь одеяло твоё изрисует и искалякает, но тебе-то что? Ты уже спишь, и никакие рисунки тебя не интересуют вовсе. Но если так, можно ли с уверенностью сказать, что хоть одно одеяло, которое встречали люди на своём пути, осталось в своём первозданном виде? Собственное?
Солнце успело скрыться за рядом серых, непримечательных пятиэтажек.
Воздух очень чистый во время дождя, когда второй всю пыль, всю грязь забирает с собой и спускает с небес на землю. Казалось, что всё движется к ливню.
Было в нём, бывшем Екатеринбурге, что-то странное и неуловимое для несведущего посетителя. В поэтическом смысле — сердце страны. Большой индустриальный город очень активных и самостоятельных людей. По-своему он цеплял атмосферой беготни, которая была свойственна скорее Москве или Ленинграду. Рабочие же люди тут, неудивительно, но эта была другая беготня. Вероятно, это желание перемен, чего-то нового, неизведанного, а кому-то простых истин подавай. И революция тут проходила в своём неповторимом ключе. На уроках истории девочки не спали и тем более их не прогуливали.
Центры командования на Урале организовались очень скоро и выполняли собственноручно поставленные задачи. И семья императора была тут расстреляна с руки местного руководства. Гражданская война охватила страну, осталась лишь смутная и блеклая вера в лучшее будущее. Всё могло оборваться после одного неудачного случая. А кто мог бы потом, спустя год или десяток лет, таким случаем послужить? Свести на нет все достижения революции? Кто мог такой случай организовать? Вероятнее прочего: императорская семья и приближённые. Отец семейства, жена, дети. Без жертв, кровопролития и трагедий не обойтись. История очень цинична.
Страшное дело — гражданская война. Люди, семьи, друзья, ведомые разными идеями, находясь буквально вот неделю назад в пределах одного дома или деревни, начинают смотреть друг на друга сквозь линзу прицела. И всему виной страшные потрясения, разные взгляды на будущее. Сложно понять, кто прав и виноват во многих деяниях того времени, но! Когда в стране происходит столь всеобъемлющее событие, когда того требует вся Родина, когда начинает литься кровь твоих соотечественников руками твоих же соотечественников, нельзя оставаться в стороне. Да, ты можешь испугаться и уехать, не придавать этому внимания и спасать свою шкуру. Ты можешь работать на другую страну, другое государство. Можешь за границей поливать помоями до недавнего времени свою страну и свой народ. И хотя многое зависит от ситуации, не удивляйся потом, что ты теперь трус и предатель для многих людей, для обоих сторон, и они будут правы. На уроках учили этому, простому и здравому патриотизму. Во всяком случае, так его преподносили: что нельзя сидеть сложа руки и что красные во всём были правы. Куда без этого?
