А ведь она безоружна. Почти. Против ядроида точно. Мысленно потянувшись к блестящему боксу, она обнаружила в нём нечто такое… Отчего быстро вскочила, одним махом закутавшись в простыню и подлетела к двери.Погодите, откуда посылка? Биометрически подтвердить её получение? А вдруг это ловушка?
Макар совершенно рехнулся там со своими пиратами. На умственные способности всех женатых мужчин плохо действует одиночество.
– Ладонь приложите на диск, – почтовый ядроид, чем-то смахивающий на облезлого чёрного аиста, скорбно клюнул посылку своим угрожающе-зубчатым клювом. Нэрис покладисто положила ладонь на мерцающий диск сбоку бокса посылки. Тот пронзительно хрюкнул, потом ярко вспыхнул зелёным и тут же погас.
– Уведомление о получении получено отправителем, – громко прощёлкал ядроид. – Видите, что здесь написано, – он снова ткнул своим жутким клювом в посылку. Нэрис нервно отдёрнула руку. – Активация бокса доступна для адресата. Для открытия бокса вам нужно произнести слово-код. Всего самого наилучшего.
Произнеся эту тираду, он замер, словно мысленно сверяясь с инструкциями. И спустя долгих пару минут робот важно добавил совсем другим голосом:
– Не грусти там, моя зо-ло-тая!
Видимо, это была запись голоса адмирала Аверина-младшего. Но Нэрис об этом скорей догадалась, чем поняла по набору таинственных слов. Робот щёлкнул ещё раз, медленно развернулся и вышел. Стальной жуткий аист, принёсший ей… ох. Даже страшно подумать, что пережил её друг, путешествуя в боксе посылки.
– Горыныч…
Позвала тихо Нэрис.
– Как же я вас ненавижу!
Прозвучало вполне ожидаемое в ответ.
►▲◄
– Давай, утешай меня, ты же психолог!
Завёрнутый в толстое полотенце Горыныч кверху брюхом лежал на кровати. И со знанием дела страдал. После горячего душа, сеанса массажа и плотного ужина он заметно взбодрился. Даже крупно дрожать перестал. И всё равно Нэрис сердилась на мужа. Как можно было отправить посылкой разумное существо? Пусть даже в стазисе. Горыныч не кролик!
– Прекрати скулить! Голова снова раскалывается, – Нэрис фыркнула, продолжая массировать толстые рыжие лапы. – Уже всё закончилось. Я не позволю тебя обижать, ты же знаешь!
Полотно длинного пёсьего уха всё ещё оставалось холодным. Взгляд раскосых тёмных глаз неимоверно печальным.
– Я считал тебя другом, а ты! – громко всхлипнул кобель, поворачиваясь на спину и раскидывая в стороны лапы. – Вот она – человеческая благодарность! Чеши мой животик, раз ничего больше сделать не можешь.
И глаза закатил.
– Рассказывай лучше, страдалец, за какие грехи тебя выслали на Тиамат? Ты надоел всему флоту? Так быстро?
Быстрый взгляд, взмах хвостом, и в ответ прозвучало самодовольное:
– Догадаешься, в каком статусе я сюда прибыл?
Нерис хихикнула, вспомнив скрюченного Горыныча, выползающего из стазиса. Стольких витиеватых ругательств она ещё в жизни не слышала. Коротколапый плевался, орал и ругался на двенадцати языках и семи диалектах галактики.
– Ммммм… в статусе посылки с собакой?
– Сама ты – собака! – пёс тут же забрал свою толстую лапу и сморщил горбоносую длинную морду. – Твоего компаньона! Младшего офицера Го-ры-ны-ча! – и почему-то смутившись, пробормотал. – Домашних животных сюда не пускают.
– Всё равно не понимаю, – Нэрис произнесла, задумчиво перебирая короткую красную шерсть. – Макар за мной прилететь собирался со дня на день… Мы вполне мирно поговорили, потом он вдруг пропадает и присылает тебя. Я чего-то не знаю, Горыныч?
Пёс прикрыл лапой нос и комично вздохнул. Отвечать он не торопился.
– Я ведь сейчас испугаюсь… – ехидно промолвила Нэрис. – Переволнуюсь и…
– А вот этого точно не надо! – коротконогий вскочил, энергично встряхнулся. Сделал шаг и, запутавшись в полотенце, громко гавкнул и рухнул с кровати.
Нэрис не стала его поднимать. Ей давно уже были известны все физические возможности коротконогого. Снова давит на жалость.
– Кэп запретил мне тебя волновать! – лёжа на боку, пёс вилял толстым хвостом.
– Это ещё почему? – Нэрис тихо спросила, уже зная ответ на вопрос.
– Потому что вы – два идиота! – он резво вскочил, пошатнулся и рявкнул: – Я – третий, если тебе станет от этого легче.
И Горыныч решительно зашагал к туалету и, судя по пьяной походке, маршрут этот дался ему нелегко.
– А ты тут причём? – громко всхлипнула Нэрис, вцепившись во влажное полотенце. Слёзы сами полились ручьём.
С ней теперь это часто случалось.
– Так, я сам ему предложил эту идею! Он ведь совершенно рехнулся, хозяйка! Лопает успокоительные, запивает транквилизаторами и совершенно не спит!
Что-то лопнуло в Нерис. Что-то тугое и прочное вдруг с громким треском сломалось. Макар что же… знал обо всём? Ну, конечно, он знал! Достаточно было взглянуть в их супружеский календарь. А потом ещё эти прививки… Знал, бесился, страдал и ничего не сказал. А теперь вот… закинул к ней бедного пса. В качестве утешения? Или прощального подарка? Намёк непрозрачный. Совсем.
