Проходя мимо ярко освещенного лобби отеля «Ройял Палас Наксос», они обратили внимание на суетливого, худого, странно одетого господина, который, заламывая руки, пытался давать советы на французском языке хмурым грузчикам, переносившим тяжелые деревянные коробки из большого грузовика в холл отеля. На нем были пестрые персидские шальвары, голубая сорочка со стоячим воротником до ушей и слишком длинными рукавами-раструбами, которые он то и дело поддергивал. В руках у него был яркий платок цвета охры, размером с наволочку, которым он то и дело вытирал пот, что катился у него по лицу.
– Осторожнее, ради всего святого, осторожнее! – взвился он, заметно грассируя, когда грузчики очередной раз споткнулись о ступень перед входом и едва не выронили из рук деревянный контейнер. – Поймите, это же высокое искусство! Нет, я этого не переживу! Ах, это просто невыносимо!
– Это еще что за забавный субъект? – поинтересовался Манн, когда они уже прошли мимо. – Этот картавый французик? Кто-нибудь знает?
– Его я не знаю, но догадываюсь, что происходит, – ответила Соня. – На днях я видела рекламу, что в отеле «Ройал Палас Наксос» через неделю открывается выставка полотен импрессионистов из частных коллекций. Я очень люблю импрессионистов: какая палитра, какие краски, какие цвета! Сезанн, Ван Гог, Ренуар, Мане, Дега… Я обязательно пойду!
Молодые женщины прошли вперед, оживленно обсуждая грядущую выставку. Манн и Смолев слегка отстали. Вскоре все они вышли на пляж, разулись и пошли босиком вдоль линии прибоя.
– Кстати, насчет цвета, – вдруг произнес генерал Интерпола, хитро улыбаясь. – Помнишь, ты мне говорил, что у самурая в музее доспех был красного цвета не просто так?
– Помню! Я и сейчас так считаю, – кивнул Алекс. – У Токугавы в войсках были элитные части самураев в доспехах ярко-красного цвета. За бесстрашие в бою и способность малым числом уничтожать целые полчища врагов их называли «красными демонами». Их командиром был правая рука Токугавы – Ии Наомаса. Думаю, что со стороны похитителей это был способ произвести впечатление, что мечи были украдены продолжателями дела Токугавы, чтобы их уничтожить, как и завещал сёгун. Попытка пустить нас по ложному следу.
– Глубоко копаешь, – похлопал по плечу друга Манн. – Так вот, повар показал, что советник облачился в красные доспехи лишь потому, что они были единственными, которые подошли ему по размеру, понимаешь? Другие на него попросту не налезали, парень он был плотный, мускулистый, а в четырнадцатом веке японцы были еще меньше, чем сейчас. Иногда все гораздо проще, чем кажется!
– Сдаюсь, сдаюсь! – рассмеялся Смолев. – На этот раз все действительно проще. Ну и слава Богу! Значит, все закончилось и мы можем наконец заняться своими делами! Ба! Смотри, какая знакомая шляпа! Это твои «гвардейцы» растеряли амуницию, отступая с острова?
Он подобрал соломенную шляпу, которую вынесла волна на песок и, отряхнув от воды и прилипших водорослей, показал Манну. Тот, не говоря ни слова, сердито выдернул ее у Алекса из рук и, коротко размахнувшись, пустил над водой. Метрах в двадцати шляпа перевернулась в воздухе и упала, закачавшись на волнах, словно пузатая каравелла. Ее подхватил ветер и погнал в открытое море.