Антоний Крюков младший из древнего клана ведьмаков. Еще он сын простой женщины, поэтому не может рассчитывать на полное признание и доверие клана. Но даже ведьмаки пошли ни те; старшие братья Антония заняты бизнесом, им не до войны с оборотнями и не до пригляда за ведьмами. Вот и вызвал Крюков-старший Антония из города в заповедные леса Предгорья, чтобы научить его ремеслу ведьмаков. Антонию предстоит усмирять два клана оборотней, вести борьбу с шарлатанами и завоевать сердце красавицы Марии, дочери священника, которую Крюковы хотят посвятить в ведьмы, а вожак оборотней хочет сделать своей женой.
У каждого свои сумерки.
— Твои братья давно забыли о своих обязанностях, — сказал отец. Он стоял лицом к окну, спиной к сыну. — Сам знаешь, чем они занимаются. Выколачивают деньги из своих способностей, хотя делать это запрещено традицией…
Сын сидел в кресле, закинув ногу на ногу, и беззаботно крутил в руках старинный кинжал. Возражать было бесполезно. Отец был прав. Крюковым не полагалось заниматься бизнесом, пользуясь родовыми знаниями и умениями. Ну если совсем точно, — это запрещено во веки веков, как любил говорить дед.
— Антоний, ты слушаешь? — отец медленно повернулся к своему младшему отпрыску.
Иван Крюков был крупным мужчиной с гладкой кожей на круглом черепе и невозмутимым лицом бывалого дальнобойщика. — Или мне и тебя выставить за дверь?
— Меня не надо, у меня доходов нет, — отозвался парень, поднимая на отца красивые карие глаза, доставшиеся ему от матери. — Я чист в этом плане, да. Но я младший. У нас младшие подчищают за старшими, а не впрягаются делать работу за них…
— Работы много, верно говоришь, надо впрягаться, — Крюков подошел к сыну, глянул на него сверху и силой взгляда заставил кинжал выпасть из его рук. Клинок чуть не вонзился сыну в ляжку. — Заблудшие атакуют даже детей. Вчера четырнадцатилетний пацан прикончил отца. Раньше они кошками обходились…
— Четырнадцать лет это отрочество, так что детей оставь в покое. Есть еще что-то? — заинтересовался Антоний. Делать работу за старших братьев будет он, сын ведьмака и простой женщины. Есть чем гордиться и чего бояться.
— В соседней деревне промышляет самозванец. Строит из себя ведуна, травит людей козлиным пометом и обещает исцелить от рака взглядом, — ответил отец с кривой усмешкой. — Все бы ничего, если бы не прикрывался он именем твоего деда…
— Приблудный родственник, что ли…? — Антоний не договорил.
— Двоюродный внук Павла Крюкова, — ответил отец и настороженно прижал к губам палец.
Из приоткрытого окна послышался шум машины. К дому на окраине нечасто подъезжали чужие. И в этот раз это был свой, средний сын Степан Крюков на своей роскошной машине. Когда Антоний с отцом вышли во двор, тот уже вытащил из салона бессознательное женское тело и, взвалив его себе на плечо, потащил к дому.
— Кандидатку не ждали?! — громко, без предисловий спросил Степан. Типичный представитель своего рода, невысокий, широкоплечий и лысый, с черными глазами-щелями. — А я нашел, средь сотен баб!
Крюковы вошли в дом, чтобы не привлекать внимание соседей на противоположном берегу реки, и начали рассматривать новоприбывшую, которую небрежно уложили на кожаный диван в гостиной. Белокурая, с приятным лицом и длинными, загнутыми вверх ресницами. Антоний склонился к ней, проверяя, дышит ли. Дышит спокойно. Слабый поток воздуха коснулся его лица.
— Кто такая? Надеюсь, не замужем и бездетная? — недоверчиво спросил отец.
— И такая, и сякая. Искать никто не будет, — заверил его средний сын, глядя на Антония с неприязнью. — Ну что, Антошка, твоя первая! Добыл специально для тебя. Давай, действуй…
Младший брат всегда вызывал у Степана зависть. Высокий, длинноногий, с правильными пропорциями, хоть на подиум его выставляй. Имя получил в честь древнего Великого.
Антоний медленно выпрямился, все это время он смотрел на незнакомку, как завороженный. У Крюковых не было привычки возиться с женщинами ради удовольствия. Женщина проводник энергии и рождающая потомство, только и всего.
Под действием чар Степана женщина проспит еще долго, поэтому мужчины разглядывали ее, как кусок мяса на рынке, переворачивали с боку на бок, заглядывали под юбку, хлопали по щекам. Всем троим она показалась годной; очень молодая, идеальной комплекции, без физических изъянов.
После осмотра Степан снова перекинул ее через плечо и унес на второй этаж, в комнату, приготовленную для такого случая. Отец, предчувствуя, что скоро им придется заняться одним из своих предназначений, приободрился, несколько раз приподнялся на носки, сделал широкие взмахи руками.
— Чего смотришь? Отправляйся к лжеведуну и покажи ему, кто такие Крюковы! Рыпаться начнет, скрути ему ливер в бараний рог, — приказал Крюков младшему сыну. — Я серьезно! Надо изжить эту привычку в людях; выдавать себя за нас…
Жили Крюковы на окраине небольшого поселка с названием Предгорный. Когда-то здесь в речном песке добывали золото, в лесу дичь и пушнину. Люди селились в богатом месте основательно, строили добротные избы и бани, заводили многодетные семьи. А где люди там и духи, добрые и злые. За ними шла всякого рода нечисть, — домовые, кикиморы и оборотни. Следующими в иерархии человеческих страхов были ведьмы. За всем этим неспокойным хозяйством в Предгорном присматривали ведьмаки из древнего рода Крюковых. Как водится, ведьмаков боялись и уважали, без них невозможно было избавиться от страхов и предрассудков.
