– Я тоже. Оно ушло.
Кэлен задумалась, надолго ли. Ее беспокоило, не появится ли тень внезапно снова в каком-нибудь другом углу комнаты?
– Как ты думаешь, что же это могло быть?
Кэлен рядом с ним встала, и ее пальцы пробежали по его мускулистой руке, когда она сделала пару шагов к лампе, чтобы подкрутить фитиль и прибавить света.
Ричард, все еще пронизываемый магическим гневом, исходящим от меча, который он сжимал в руке, внимательно осматривал каждый закуток комнаты. Наконец лампа осветила все то, что казалось прежде сгустками темноты.
– Хотел бы я знать, – сказал он, убирая наконец меч в ножны. – Я уже начинаю всматриваться в каждую тень, прислушиваться к каждому звуку, опасаясь, нет ли там чего, и беспокоясь, не плод ли это моего воображения.
– Напоминает мне время, когда я была маленькой и думала, что под моей кроватью живут чудовища.
– Тут только одна проблема.
– Какая? – спросила она.
– Оно не было плодом воображения. Мы оба чувствовали нечто. Видели нечто. Оно было здесь.
– Думаешь, это было то самое, что прежде, по нашим ощущениям, наблюдало за нами?
Ричард уставился на нее.
– Ты о том, считаю ли я это воображаемое чудовище в нашей комнате тем же самое воображаемым чудовищем, что было в нашей комнате прошлой ночью?
Несмотря на обеспокоенность, его слова заставили Кэлен улыбнуться.
– Действительно, звучит глупо, если смотреть с такой точки зрения.
– Чем бы оно ни было, думаю, это то же самое, что наблюдало за нами тогда.
– Но прежде мы его не видели. Почему оно показалось сейчас?
Он не нашел, что ответить. Смог только печально вздохнуть.
Кэлен обхватила себя руками и прижалась к нему.
– Ричард, если мы не знаем, что происходит и кто или что изучает нашу комнату, наблюдая за нами, как мы можем надеяться прекратить все это? И как нам умудриться хоть немного поспать?
Ричард обнял ее, успокаивая.
– Не знаю, – признался он с сожалением. – А хотел бы знать.
У Кэлен были соображения на этот счет. Она снизу вверх посмотрела на Ричарда.
– Могущество Зедда во дворце слабеет, но Натан – Рал. Его способности здесь усиливаются. Можно устроить так, чтобы он был поблизости или даже с нами в комнате. Тогда посмотрим, ощутит ли он, откуда это существо появляется и где оно скрывается, когда наблюдает за нами. Если Натан сумеет ощутить, где оно, то, пока оно будет подглядывать за нами, он сможет послать людей поймать это нечто.
– Едва ли из этого что-то получится.
– Почему?
– Подозреваю, что оно не здесь. Не во дворце. Ты верно сказала – дворец уменьшает могущество любого, кроме Рала. Думаю, для этой твари, чтобы сделать подобное, необходимо быть где-то в другом месте. Наверное, оно должно распространять что-то… свою силу, или способность к наблюдению, или что там еще… в нашу комнату извне, из-за пределов дворца.
– То есть воспрепятствовать ему никак нельзя? Ты хочешь сказать, что мы оказываемся перед необходимостью каждую ночь терпеть, что кто-то наблюдает за нами в нашей же спальне?
Кэлен увидела, как он стиснул челюсти и скрипнул зубами от расстройства.
– Сад Жизни был устроен в качестве сдерживающего поля, – сказал он наконец, отчасти самому себе. – Интересно, оградит ли оно нас от любопытных глаз?
Кэлен подхватила эту мысль.
– Сдерживающие поля были созданы для защиты от магических воздействий, даже самых сильных. Того, кто внутри – от воздействий извне, внешний мир – от того, что в поле, чтобы магия не вырвалась.
– Так, может быть… – задумчиво произнес он.
Кэлен обхватила себя руками.
– Я лучше буду спать на подстилке в траве там, где мы можем остаться одни, чем на большой мягкой кровати там, где кто-то подглядывает за мной.
– Понимаю, – сказал Ричард. – Возможно, так и следует поступить.
– Лично я собираюсь поступить так, – сказала Кэлен, надевая нижнее белье.
Сидя на скамеечке рядом с кроватью, Ричард просунул ноги в штаны.
– Я тоже. Но вот чего я не могу понять, так это почему кто-то или что-что – или само пророчество – загадывает нам загадки.
Кэлен выдвинула ящик комода и достала старую походную одежду.
– Может быть, пророчество пытается помочь тебе?
Ричард, застегивая штаны, нахмурился.
– Меня очень беспокоит, – сказал он наконец, нагибаясь и натягивая через голову рубашку, – что пророчества, которые, казалось бы, говорят об одних и тех же событиях, используют различные слова. Одни говорят, что крыша обрушится, другие заявляют, что обрушится небо. Крыша и небо не одно и то же. Хотя у обоих предостережений есть нечто общее: оба сообщают об обрушении. К тому же у крыши и неба есть некоторое сходство.
– Возможно, они подразумевают одно и то же событие, но словесная формулировка исказилась при переводе, поскольку современный язык не точно передает сказанное. Или, возможно, изначально так и предполагалось: пусть смысл будет расплывчатым.
Ричард натянул сапоги.
– Или, возможно, предостережения насчет упавшей крыши и упавшего неба просто метафоры.
– Метафоры? – спросила Кэлен, натягивая панталоны на длинные ноги.
