Он попробовал стереть пыль и вековую грязь, чтобы лучше рассмотреть поверхность. Грязь и ржавчина придавали ей сходство с камнем, но это несомненно была именно металлическая поверхность. Там, где он протер металл рукой, тот в свете шара поблескивал.
– Надо же! – удивленно сказал Ричард.
Кэлен оглянулась через плечо.
– Что там?
Ричард ударил по поверхности кулаком. Хотя глыба казалась необычайно массивной, по раздавшемуся звуку можно было с уверенностью сказать, что внутри пустота.
– Эта штука сделана из металла. И посмотри-ка вот на это.
Он поднял шар повыше, чтобы Кэлен лучше видела то, что занимало центр комнаты. С одного бока там была узкая прорезь от самого верха до пола. В прорезь были вставлены несколько уже знакомых им металлических полосок.
Кэлен вытащила одну из полосок и осмотрела. Насколько видел Ричард, на полоске не было никаких символов, как и на всех остальных, сложенных в стопки возле стены.
Он постарался очистить от грязи и мусора боковую поверхность блока.
– Здесь сбоку какая-то эмблема или что-то в этом роде. Трудно сказать, что именно.
От мощного приглушенного удара пол вздрогнул, заставив их обоих отпрянуть, и в тот же миг из середины блока вырвался луч света. Пыль, скопившаяся в желобе между металлическим монолитом и каменным полом, от удара поднялась в воздух.
Не сговариваясь, Ричард и Кэлен одновременно сделали шаг назад.
– Что ты сделал?
– Не знаю, – признался Ричард. – Я просто протирал рукой эту штуку от грязи, чтобы разглядеть, что у нее на боковине.
Из блока донесся низкий механический стон. Металл со скрежетом входил в соприкосновение с металлом. Шум тяжело вращающихся механизмов набирал громкость, как будто все устройство оживало. Ричард и Кэлен отступили еще немного, не зная, что делать.
Вдруг свет, вырывавшийся из середины блока, изменил цвет на янтарный.
Ричард пригнулся и разглядел, что свет бьет из маленького отверстия в центре.
Едва он это понял, из маленькой щели на противоположной стороне этой штуки появился какой-то свет. Ричард обежал вокруг и счистил грязь с верхней крышки металлического блока. Щель, не узкую и не широкую, не шире чем две толщины ладони, закрывал кусок прочного стекла, так, что получалось маленькое узкое окошко, вделанное в поверхность устройства.
Стекло было толстое и волнистое, но благодаря свету, шедшему изнутри откуда-то снизу, Ричарду удалось разглядеть через оконце то, что находилось внутри металлического блока. Он увидел множество шестеренок, колес, рычагов и прочих деталей, составляющих сложный механизм. Все они пришли в движение.
Некоторые из рычагов и валов, соединявших различные части машины, были маленькие, не толще его мизинца. Но другие, из тяжеленных блоков на огромных валах, должно быть, весили тысячи фунтов, а вместе с гигантскими шестернями, которые на них крепились, вероятно, гораздо больше. Диаметр некоторых шестерен превышал его рост, а зубцы на них были больше ладони. Тяжелый каркас, на котором все это крепилось, был не только огромен, но и чрезвычайно сложен.
Поверхность всех массивных деталей машины покрывала ржавчина. Когда шестеренки вращались и зубцы соприкасались, поверхность очищалась настолько, что металл в этих местах полировался до зеркального блеска. Красноватая ржавчина, наросшая за бессчетные столетия бездействия, стиралась, разлеталась пылью и какое-то время витала внутри металлического устройства, отчего казалось, что все внутри окутано ржавым туманом.
Из-за этой пыли Ричард, как ни пытался, не мог увидеть дно устройства. Сложно было разглядеть его через это сплетение вращающихся деталей, крупных рычагов, валов толщиной в руку и массивных шестерен. Однако далеко внизу, в мрачных глубинах машины, ему удалось мельком заметить множество вращающихся механических деталей, пока блеск верхних работающих механизмов не затмил расположенные ниже. Туман из грязи и ржавчины, стертых с рабочих поверхностей, создавал впечатление, будто внутри всю машину затянуло дымом.
Ричард отодвинулся, чтобы Кэлен тоже заглянула в узкое окошко. Поскольку он сдвинулся в сторону, то обнаружил другое отверстие, сбоку, чуть левее и ниже окошка. Он пригнулся к нему, поднеся ближе светящийся шар. Отверстие представляло собой не что иное, как узкий желоб. В нем стопкой лежали несколько точно таких же металлических полосок.
Кэлен указала на потолок.
– Ричард, смотри.
Свет, пробивавшийся из крошечного отверстия в центре машины, проецировал на потолок какой-то символ. Это проецируемое изображение медленно поворачивалось.
Заглянув в окошко, Ричард увидел, что механизм из колес и шестеренок выстраивает металлические пластины с отверстиями в форме символических элементов на пути луча света таким образом, чтобы спроецировать набор элементов в единый объединенный символ, появившийся на потолке, тогда как другие шестеренки, разом вращаясь, поворачивают проецируемое изображение.
– Та же эмблема, что на боковине.
– Откуда берется свет? – спросила Кэлен.
– Он похож на свет, исходящий от самосветящихся шаров.
