Небольшая группа растениеводов осталась для укрепления сада. К счастью, большую часть урожая они собрали, но оставлять деревья незащищёнными было действительно жалко. Ещё вчера Беруха предложила всем, кто может выйти в выходной, установить буровые столбы. Сатье вызвался добровольцем, хотя ранний подъём в выходной день дался ему с трудом.
— Закругляемся! — крикнул он следующему, и фраза эхом разнеслась по саду, передаваемая из уст в уста.
Растениеводы медленно подтягивались к дорожке, ведущей к фермерским домикам. Ждали только Беруху, она шла от дальних деревьев, сражаясь с сильным ветром. Сатье обернулся в сторону океана и на фоне серого неба увидел быстро вращающиеся лопасти ветряных мельниц.
«Только бы выдержали», — мысленно пожелал он.
Отец как-то рассказывал о самом страшном урагане, что уничтожил не только урожай, но и пару ветряков с электрическими проводами. Тулсахцы, ограниченные и в материалах и в технике, не могли предупредить подобные разрушения, им оставалось только надеяться, что в этот раз природа их пощадит.
— Ну, чего стоим! В дома, скорее, пока мусор в голову не прилетел! — крикнула Беруха, возглавляя процессию.
Мужчины и женщины сорвались с места и трусцой побежали в укрытие. Сатье собирался к ним присоединиться, но увидел на подъездной дороге, что проходила между ветряков, старый джип, на котором пару дней назад уехал отец с бригадой механиков.
«Таки успел вернуться», — с радостью подумал Сатье. Он побежал навстречу, энергично размахивая рукой в приветствии, на что машина несколько раз бодро моргнула дальним светом.
— О! Сатье! Мой мальчуган. Всё же решил пойти на подвязку, — заметил Буба, указав остальным на одинокую худую фигуру у обочины. — Только чего он не уходит, погода ведь нешуточно разыгралась. Сейчас крикну ему.
В метрах ста остановилась группа растениеводов, которые тоже старались привлечь внимание Сатье. В это время Манис заворожённо наблюдала через заднее стекло за разогнавшимися лопастями одной из ветряных мельниц. Тело её раскачивалось, от массивных ног отлетали детали, словно ветер пытался разобрать гиганта на части. И вот произошло нечто жуткое — за секунду лопасти резко разошлись в стороны, словно соцветие пушистого одуванчика, какие-то части унесло воздушным потоком, а что-то рухнуло прямо на поле.
Манис резко обернулась к Сатье, по-прежнему одиноко стоящему у обочины, потом к Вирте.
— Гляди! — она ткнула пальцем в стекло, туда, где одна из лопастей, ведомая потоком, летела прямо в сторону дорожки.
Вирта изменился в лице.
— Гони, Буба! Гони! — закричал он.
И мужчина без вопросов вдавил педаль в пол. Машину дёрнуло, мотор загудел. Манис и Вирта наблюдали за бешеной пляской оторванных частей ветряка. Похоже, Беруха или кто-то ещё из рабочих на той стороне тоже почувствовали неладное, поскольку несколько человек отделились от группы и понеслись к Сатье.
Буба начал сигналить и мигать сыну, пока тот не увёл взгляд в сторону летящих обломков. Они подъехали совсем близко. Манис даже видела испуганное лицо Сатье и разинутые в крике рты его коллег позади.
— Стой!
Буба затормозил и Вирта выскользнул из-под Манис, распахнув дверь, которую едва ли не унёс ветер. Манис с ужасом ждала, что будет дальше.
— Сатье! — отец хотел тоже выйти, но ему не дала женщина механик.
— Сиди на месте, это самоубийство!
Огромная лопасть приближалась к саду, и в какой-то момент воздушный поток потерял силу, и теперь деталь скользила по земле, сминая остатки посевов.
— Буба! Езжай вперед! — закричал другой механик.
— Там же мой сын!
Лопасть мелькнула в боковом зеркале авто, чудом не задев его корпуса, и вдруг остановилась перед Сатье, словно что-то или кто-то удерживал её. Манис удивлялась лишь первую секунду, ведь как разнанка она поняла, что происходит. Вирта не успел добежать до мальчика, но успел применить данную ему природой силу. Магия держала лопасть до тех пор, пока замершего от ужаса Сатье не привела в чувства Беруха.
— Все в сторону! В сторону! — слышался её частично перекрываемый ветром голос.
И тут до Манис дошло, что все видят Вирту, ведь в машине стало слишком тихо и, казалось, даже ураган унял свой гнев. Лопасть медленно вошла в землю — Вирта пытался вдавить её как можно глубже, пряча от очередных воздушных толчков.
Манис выскочила из машины, чувствуя, что ему понадобится помощь, ведь как он говорил, магия не самая его сильная сторона. Опустив руки, Вирта развернулся к ней, вспотевший и красный, он как-то грустно посмотрел и тут же свалился с ног, теряя сознание.
— Вот и брата моего не стало.
Полиш закинул в глотку обжигающую жидкость, после чего резко хлопнул металлической кружкой по столу. Привыкший к отраве организм с распростёртыми объятиями принял новую порцию. Даже не поморщившись, Полиш наполнил кружку снова, коротко дёрнув горлышком бутылки в сторону Ниса, как бы предлагая присоединиться.
— Мне очень жаль, друг, очень жаль, — отозвался Нис.
