Под мелким колючим дождем бежали к парковке, где охранник немедленно выдал Илье небольшой фонарик и не удивился, когда гость полез под свой «Ровер». Лера стояла поодаль, подняв воротник плаща и вжав голову в плечи, но молчала, близко не подходила. Илья заглянул под правое переднее крыло, левое, сунулся под заднее, и даже не удивился, обнаружив там небольшую черную коробочку, примагниченную к металлу. На ней мигал зеленый диод, Илья оторвал ее, сжал в кулаке. «Маячок», к гадалке не ходи, вот и ответ. Значит, он был прав — убийца ждал Леру утром у банка, потом, когда «Мазда» взорвалась, успел подкинуть «жучок» и отследил маршрут «Ровера». «2: 0» — мелькнуло в голове, но Илья, подумав, поставил себе единицу. Он понял, что убийцу можно просчитать, и не ошибся, просто утром отвлек переполох, зато полчаса назад они познакомились поближе и успели неплохо узнать друг друга.
— Быстро в машину! — крикнул он девушке, незаметно для охранника припечатал коробочку к днищу стоявшей по соседству серебристой двухместной «Ламборджини» и оказался за рулем своей машины. Охранник забрал фонарик, открыл ворота, Лера нахохлилась, спрятала пальцы в рукава плаща и вздрогнула от холода, да так, что отчетливо лязгнули зубы. Нет, это не холод, это ужас, страх смерти, что прошла в двух шагах, дохнула поземкой полярной ночи и отвалила в сторонку, выжидая удобный момент. Илья включил печку, выехал с парковки и, миновав два КПП с неспящими охранниками, погнал «Ровер» в сторону Москвы.
К полуночи дождь усилился, «дворники» скользили по стеклу и неприятно скрипели. Лера отвернулась и смотрела в окно, за всю дорогу девушка не сказала ни слова. Илья глянул на нее пару раз, потом на себя в зеркало заднего вида, дотронулся пальцем до раны на скуле, поморщился от неприятного жжения. Надо бы обработать ее, и в аптечке должен быть антисептик, но времени нет, надо спешить. Проскочили путепровод над МКАД, покатили по мокрому шоссе, почти пустому в этот час, Илья сбавил скорость и ехал не торопясь. А торопиться было некуда, и некуда податься — ей домой возвращаться нельзя, ему теперь тоже. Они могут до утра кататься по Москве, пока горючка не закончится. А потом заправиться и ехать дальше, нарезать круги вокруг мегаполиса, например. Надо искать крышу над головой, квартиру, комнату — неважно, и найти сегодня, сейчас, в половине двенадцатого ночи.
— Скорее всего, это мой бывший, — подала голос Лера. Она так и сидела в обнимку с сумкой и смотрела перед собой, и будто говорила со своим отражением в лобовом стекле. Илья глянул на девушку, но решил пока промолчать, пусть все расскажет сама. Лера поправила волосы и снова заговорила:
— Он очень ревнивый, до бешенства, до потери рассудка. Мы расстались, вернее, я сбежала от него полгода назад. Он потом звонил и сказал, что убьет меня. Я не поверила, но зря. Это он, больше некому.
Илья постукивал пальцем по баранке, смотрел на дорогу перед собой. Бывший… Что за ерунда, при чем тут бывший, бывшие мужья или любовники не нанимают снайперов, чтобы отомстить подружке. И Макс — его за что убили? Или у них с Лерой что-то было?
Он пристально посмотрел на девушку, а та, точно прочитав его мысли, заговорила:
— Кудрин Стас — так его зовут — работал у нас несколько лет, он знал всех, и твоего брата тоже. Работал у Артемьева, это наш эсбээшник… Я не знаю, чем он там занимался, но премии получал хорошие, и очень часто.
«Как же, как же, наслышаны». — Илья промолчал, решив, что хвастаться знакомством с Артемьевым сейчас не время, да и вообще вот именно сейчас, сию секунду не до разговоров, хоть и становится все интереснее. На дальнем светофоре зажегся красный, Илья сбавил скорость, готовясь остановиться, проехал мимо павильона автобусной остановки, почти пустой в этот час, повернулся к девушке, и тут на капот машины рухнуло что-то темное и тяжелое. Рухнуло так, что «Ровер» присел на передние колеса, Илья дал по тормозам и услышал заполошный крик:
— Убили! — орали со стороны остановки. Из павильона, как ведьма на метле, вылетела тощая тетка в платочке и черном плаще поверх пестрой юбки и ринулась на проезжую часть. Машины тормозили, водители орали из открытых окон, но тетке море было по колено. Она перла напролом, и тут откуда-то снизу раздался вопль:
— Мама! Меня убили, мама! Убили… — Тут у него то ли дыхалку перехватило, то ли набирал воздух для нового крика, но на пару секунд стало тихо. Тетка же продолжала верещать, подлетела к «Роверу», с силой врезала кулаком по капоту, навалилась на него животом и заорала, глядя на Илью через лобовое стекло:
— Сына моего убил! Они сбежать хотят, держите их!
