Не удержался, взглянул. Передо мной стояла Лесса. В тонком белом платьице, босиком. Ей же холодно. Потянулся, не понимая, реальна ли она, но передо мной был только воздух. Лесса сделала шаг назад.
- Эдмонд, тебе стоит сдаться, - печально сказала она. – Что толку сопротивляться? Ты все равно умрешь. Лучше сойти с ума сейчас, а не тогда, когда от тебя не останется ничего человеческого. Хочешь, я расскажу, что тебя ждет?
- Не хочу, - ответил внезапно пересохшими губами.
- Врешь! Ты жаждешь этого. Я расскажу.
Если бы я мог, зажал бы уши руками. Но – не мог. Лесса была жестока. Я понимал, что это всего лишь видение, но не мог отделаться от мысли, что она реальна. Даже если это было видение, то оно отличалось изощренной фантазией. Потому что от слов Лессы меня бросало в холодный пот. Если она говорит правду, то сойти с ума сейчас – не такой уж плохой вариант.
Я свернулся на соломе почти что в клубок, стараясь не слушать, не чувствовать. Это неправда. Все, что сейчас происходит – неправда. Мираж, видение. Что угодно. Хватит!
От моего крика дрогнул воздух. Хватит. Но тени не отступали. Теперь здесь была не только Лесса, но и Венден. Он усмехался, глядя, как я корчусь на полу. И говорил, что не надо было брать на себя то, что не положено. Что надо уметь отступать и принимать волю сильных мира сего. Глядишь, и не попал бы в тюремные застенки. Что-то внутри требовало просить о помощи, но остатки здравого смысла запрещали. Здесь был не Венден, а тень, надевшая его личину. Но так похоже…
А за Венденом вставали другие. Феон, в смерти отца которого я был виновен, вольно или невольно. Он обвинял, требовал расплаты. Мои собственные родители, которые укоряли, что забыл их, что своим появлением на свет омрачил их жизнь. Столько лиц… Пришла даже тень незнакомой мне принцессы Шейлы.
- Убийца! - шептала она бескровными губами. - Это твоя Тьма убила меня. Это по твоей вине даже тела моего не осталось, чтобы увезти на родину. Ненавижу тебя.
Ненавижу... Ненавижу... Это слово лилось отовсюду. Я узнавал голоса - хороших знакомых и почти посторонних. У каждого были причины желать моей смерти, и каждый сейчас требовал от меня ответа, расплаты. Ненависть... Вот и все, что мне досталось. Хотел ли я этого? Мне было все равно. Я говорил себе, что будущее Виардани стоит всеобщей ненависти. Что рано или поздно люди поймут, почему я поступал так, а не иначе. Никто не поймет, потому что ненависть неискоренима. И та искра любви, которая оставалась в моем сердце, была ничтожно мала. Она не могла уничтожить всю ту злобу, которая меня окружала.
Который час? Когда все это закончится? А если не закончится никогда? Я надеялся, что уже ночь, но понимал - вряд ли. А может, время и вовсе застыло в одной секунде, и пытка будет бесконечной? Жутко. Как же мне было жутко! Я никогда ничего не боялся, кроме Тьмы. А сейчас... Сейчас трясся от страха и ненавидел себя за это.
- Хватит, - беззвучно шевелились губы, но меня никто не слышал.
Тени веселились. Им нравилось наблюдать за моей беспомощностью. Они отплясывали некий свой танец, то обретая человеческую плоть, то снова тая. Я кусал губы до крови, чтобы боль хоть немного отрезвила сознание. Не помогало. Лязгнули засовы. Еще одно видение? Но в камеру, кажется, вошел кто-то. Приподнял голову. Никого...
Никто не придет, потому что сами стены тюрьмы пропитаны магией. Зачем вести меня куда-то, если можно провести вторую ступень прямо здесь? Я тихо рассмеялся - и перестал сопротивляться теням.
Я спешила, почти что бежала. Столица по-прежнему казалась вымершей, поскрипывал под ногами ледок на лужах. Город производил страшное, тягостное впечатление. Будто раньше он жил, дышал, а теперь кто-то взял и забрал из него жизнь. Поворот, еще поворот. Боялась, что память подведет меня, но пока что узнавала дома, мимо которых мы проходили с Эдом, улицы. Где-то здесь! Повернула в последний раз – и очутилась в тупике. Со мной не было Конни, чтобы найти скрытый рычаг, но я ощупала стену, вспоминая действия Эда, и нашла камень, более гладкий, чем остальные. Нажала на него, и открылся проход. Вроде бы, когда мы были здесь с Эдмондом, внутри никаких ловушек не было. Поэтому я уверенно пошла вперед. Дверь захлопнулась, вспыхнуло тусклое сияние. Коридор вился и вился. Если бы здесь были повороты, я бы подумала, что свернула не туда, но поворотов не было. Зато, наконец-то, я уткнулась в другую стену. Еще шаг – и очутилась в доме Эдмонда. Здесь было темно и тихо. Дом, как и вся столица, будто вымер.
Конечно, Эд ведь под арестом. Скорее всего, слуги разбежались. Его и так все боялись, теперь и подавно. Осталось найти главное – ход в королевский дворец. Призвала на помощь воспоминания. Как в дом проникал король? Судя по всему, дверь должна находиться где-то в кабинете.
