Тьма признает Эда неплохим парнем? Даже смешно. В голове снова воцарилась путаница. Но теперь Венден знал, кто я, и можно было не бояться повести себя не так, выдать словом или жестом. Я убрала маску в гардероб, приняла ванну и легла спать. А во сне я видела какую-то комнату и слышала тяжелое дыхание. Чье именно?
«Он ранен. Эдмонд ранен, — прошелестела Тьма. — Побудь немного сама, Лесса. Я иду к нему».
И я видела собственное лицо — не канцлера Виардани, а Лессы Адано. Бледную, сероватую кожу, бескровные губы. Тьма что-то тихо пела, и на него возвращались краски жизни. Та Лесса медленно открыла глаза и будто уставилась на меня. Уверена, я никогда и ни на кого так не смотрела. А потом вдруг стало тяжело дышать, и я проснулась. За окном всходило солнце. Его первые лучи касались крыш, превращая Адиаполь в город из сказки. Сон это был? Или явь? Если явь — кто ранил Эдмонда? Может, ему нужна помощь? Надо сказать королю.
Вспомнила, что его величество ждал меня с утра, поэтому поднялась, умылась, быстро позавтракала — и поспешила во дворец. Чтобы узнать, что утро у монарших особ не начинается раньше полудня. Поэтому Венден мирно спал и видел сны, а я бродила по дворцу из угла в угол, не зная, чем заняться. Наверняка, Эдмонд много работал, и у него не было времени для скуки. Но это он… А это — я. И мне было отчаянно скучно, пока тоненькая, как луч, девушка не поманила меня в одну из оконных ниш, таинственно прошептав:
— Т-ш-ш.
— Кто вы? Что вам нужно? — Я шагнула к нише, запоздало вспомнив, что не стоит заговаривать с незнакомками, а то потом поползут сплетни не хуже той, которую распустила баронесса.
— Вас ждет принцесса Шейла, — сообщила служанка. — Следуйте за мной.
Ловушка?
«Вроде бы нет», — откликнулась Тьма. Она, наверное, ко мне привыкла. По крайне мере, стала разговорчивее, и теперь проявляла себя при каждом удобном случае. Я шла за провожатой по длинным извилистым коридорам. Наверняка, у человека, построившего этот дворец, было богатое воображение, потому что в нем можно было заблудиться — и не отыскать обратного пути. Наконец, мы замерли перед маленькой дверцей. Служанка или наперсница толкнула её, пропуская меня внутрь, а сама осталась снаружи.
Я осторожно переступила порог — и очутилась в небольшом будуаре. Что ж, девушка не солгала. Шейла на самом деле ждала меня здесь. Она сидела у зеркала в платье цвета зеленого яблока и глядела на свое отражение с грустью и даже отчаянием. А затем заметила меня, и в минуту назад замутненных глазах мелькнула радость.
— Ваша светлость, — Шейла поднялась навстречу, протянула мне обе руки.
— Здравствуйте, ваше высочество, — склонила я голову. — Вы хотели меня видеть?
— Хотела, — щеки Шейлы чуть порозовели. — Вы так неожиданно покинули бал. Что-то случилось?
— Нет, совсем нет, — поспешила заверить девушку. — Просто у меня много работы, и она требует определенного… времени, понимаете?
Она склонила голову, будто действительно понимала. А я не знала, что ей сказать. Как и не понимала, зачем она звала постороннего мужчину в свою комнату.
— Нам лучше видеться в присутствии вашего жениха, — вздохнула я. — Иначе могут поползти неприятные слухи.
— Я понимаю. — Шейла опустила голову. — Но вы так добры ко мне, а Вендену я безразлична.
— Не говорите так. Вам просто надо узнать друг друга лучше. И, вот увидите, между вами все наладится.
Шейла кивнула. Она слушала меня — и не слышала, погрузившись в собственные думы. Мне было жаль её, такую одинокую. Будь здесь Лесса, я стала бы ей подругой. Но присутствие Эдмонда действительно может вызвать только ненужные сплетни. Поэтому я молчала, молчала и она.
— Рад был видеть вас, ваше высочество, — решила, что пора заканчивать этот разговор. — Надеюсь на скорую встречу.
— Благодарю, что пришли, — с едва заметным акцентом ответила она. — Прошу прощения за беспокойство. Лира проводит вас.
Действительно, после моих блужданий по дворцу провожатый не помешал бы. Лира ждала за дверью, вот только далеко уйти я не успела. Откуда взялись эти трое — поняла не сразу. Только Лира вдруг со стоном сползла на пол, а я отшатнулась назад, к спасительной двери. Трое мужчин, лица которых скрывали полумаски, кинулись ко мне. Первым порывом было позвать на помощь, но это могла сделать Лесса, а не канцлер Виардани. Вместо меня вскрикнула Шейла:
— Помогите! Помогите же кто-нибудь!
А Тьма в груди взвыла: «Сними маску, глупая. А то умрешь».
Я дернула за тесемки. Маска полетела на пол. А я вдруг ощутила, как кто-то чуждый овладевает телом. Этот кто-то заставил меня сначала отступить, создавая вокруг плотный черный кокон, затем ринуться вперед. С пальцем сорвались смоляные нити, окутывая нападавших, будто паутина. Они захрипели, заваливаясь на бок, затем задергались в конвульсиях — и, наконец, затихли изломанными куклами.
— Ваша светлость! — Уже бежали ко мне стражники, но было поздно. Маска вернулась на место, а я прижалась спиной к стене и едва сдерживала тихие всхлипы. Боги, что это было? Что же я теперь такое?
