Казалось, что целая вечность отделяет меня от минуты, когда мы были здесь с Эдмондом. Тишина и покой, мягкий свет светильников, мудрая и понимающая улыбка богини.
— Пресветлая Эдра, — шептала я, опустившись на колени у статуи, — я знаю, ты не любишь Эдмонда. У тебя нет причин его любить. Но ты говорила, что благословила мою мать. За себя я не прошу. Помоги Эду. Пусть он сумеет доказать свою невиновность. И подскажи, что мне делать, чтобы ему помочь.
Я не ожидала ответа — богиня и так снизошла к нам дважды, но вдруг прошелестел тихий голос:
— Ты сама знаешь, что делать. Вернись в Адиаполь, и если действительно любишь Эдмонда, раздели его судьбу до конца.
— Спасибо, — прошептала я, поднимаясь. Светало. Пора отправляться в путь.
Дома царило оживление. Я оставляла Феона и Конни спящими, а сейчас они суетились вокруг аккуратного экипажа. Но это же так медленно!
— Лесса! — заметила меня Конни. — Где ты была? Мы уже начали думать, что сбежала без нас.
— Я была в храме Эдры, — ответила ей. — Пыталась понять, что делать дальше. А откуда у нас экипаж?
— От меня. — Из-за экипажа вынырнула Сиана. Стоило взглянуть на подругу, чтобы понять, зачем она здесь. Сиана оделась по-дорожному: теплое пальто, ботиночки, шапочка с мехом. — Я рассказала тетушке твою историю, уж не сердись. Только не стала говорить, кто на самом деле твой возлюбленный. Тетушка говорит, она сразу поняла, что перед ней не Лесса. Но историей прониклась и разрешила нам взять её экипаж.
— Нам? — Я едва не потеряла дар речи.
— Конечно! Я еду с вами. Тетушка не против. Тем более, у неё появился новый ухажер — один из тех солдат, которые пришли тебя арестовывать. Поэтому она готова облагодетельствовать весь мир.
— Нет, экипаж — это слишком долго, — воспротивилась я.
— Лесса, погода портится, — вмешалась Конни. — Еще пять дней на лошади? Мы заледенеем.
А Эдмонд там под арестом. И каждый день чего-то будет ему стоить. Я, конечно, понимала, что с моим появлением в Адиаполе его проблемы не разрешатся сами собой, но слова богини вселяли надежду. Поэтому я торопилась. Однако и в словах Конни была правда. С другой стороны, в экипаже мы сможем не останавливаться на ночлег. Если и упустим, то только день-два.
— Хорошо, — смирилась с неизбежным. — Только кто будет им управлять? Я не умею.
— Я, — ответил Феон.
— И я могу, — кивнула Конни. — В этом нет ничего сложного.
— А я готова научиться, — улыбнулась Сианка. — Так что, в путь?
Только сейчас я заметила, что дорожных мешков под сидением экипажа уже многовато. Видно, Сиана собиралась еще основательнее меня. Но возражать не стала. Если бы не Сиана, еще неизвестно, выбрался бы Эдмонд из Каури и дошел бы до столицы. Ведь она меня искала, нашла, подлечила, еще и вещи собрала. Это притом, что Сиана ужасно боится свою тетушку. Но все равно привела Эдмонда в дом и старалась защитить. Все-таки мне очень повезло с друзьями.
Заперла дверь дома, наложила защитные заклинания, хоть тащить оттуда и нечего. Но мало ли? Правда, почему-то не покидало ощущение, что на этот раз уезжаю надолго. Гораздо дольше двух недель. Украдкой смахнула слезы — расставаться с прошлым всегда тяжело, и, наконец, села в экипаж. Феон забрался на козлы, Сиана села рядом со мной, Конни — напротив. Раздался свист кнута, и лошади порысили к городским воротам. Прощай, Каури. Кто знает? Может быть, навсегда.
То, что Венден тянул время, я понял сразу, как только услышал, что суд состоится через три дня. Уверен, все было готово еще до моего приезда, но то ли у Вендена был план, то ли он пытался отсрочить неизбежное — в любом случае, промедление зачем-то было ему нужно. Поэтому ближайшие три дня я маялся в полном одиночестве. Не то, чтобы не привык быть один — привык. Но сидеть, сложа руки? Это было не по мне. А в комнате даже не было письменных принадлежностей. Входить внутрь никто не решался. Пищу приносили раз в день, и бедный солдат трясся так, будто я его съем. Я, конечно, посмеивался, но на самом деле, в самой ситуации веселья было мало. Что можно сделать, чтобы поставить Затрию на место? Как защитить не только себя, но и Виардани?
А ночами мне снилась Лесса. Будто она садилась к моему изголовью и молчала. Я пытался с ней заговорить, но не получал ответа. Как она там? Вернулся ли домой Феон? Где теперь будет жить Конни? Дошло до того, что я почти все время спал. Тьма негодовала, ей тоже было скучно, но кто её слушал?
Венден появился под вечер третьего дня. Злой, взъерошенный и плохо скрывающий тревогу. Но друг, как всегда, старался держать лицо, поэтому щеголял фальшивой улыбкой. Глупо.
— Как ты тут? — спросил с порога.
— Отлично, — ответил я, наконец-то поднимая голову с подушки. — Отдыхаю после долгого путешествия. Но почему-то мне кажется, что завтра мой отдых закончится, не так ли?
