Мне до сих пор казалось, что я сплю. И я не удивился бы, если б проснулся и узнал, что продолжается второй день пытки. Сама мысль о том, что Лесса могла проникнуть в тюрьму, казалась абсурдной. Как и мысль, что нас обоих оттуда выпустили. Венден, что же ты задумал? Что тебе наобещала Лесса? Или ты ей? Должны были быть какие-то условия, и я не верил, что их не было. Но пока тело окутывало непривычное тепло. Тьма ослабла после наших «подвигов», даже маска не требовалась, несмотря на то что сам я все еще был измотан и не мог контролировать ее в полной мере.
Мы прошли в столовую. Там ожидали Конни и Сиана. Обе поднялись нам навстречу.
– Эд, тебе лучше? – встревоженно спросила Конни.
– Да, намного, – поспешил ее успокоить. Хорошая она все-таки. – Не о чем беспокоиться.
– Эдмонд, ты помнишь мою подругу Сиану? Вы встречались в Аури, – сказала Лесса.
– Да, у меня о нашем первом знакомстве остались крайне приятные воспоминания, – улыбнулся своей невольной помощнице, вспомнив массаж ступней. Похоже, Сиана вспомнила о том же, потому что ее щеки вспыхнули и она отвела взгляд.
– Есть что-то, о чем я не знаю? – шепотом спросила Лесса.
– Это останется исключительно между нами, – подмигнул я Сиане, и бедная девушка едва не сползла под стол.
Подали обед. После вынужденной голодовки, как ни странно, есть хотелось не так уж сильно. Больше – спать. Нужно было восстанавливать магию, а она лучше всего восстанавливается во сне. Поэтому я отчаянно старался не зевать, чтобы придерживаться приличий. Да и не хотелось уснуть лицом в тарелке. Лесса все-таки подсунула мне отвар, приготовленный Сианой. На вкус оказалась ужасная гадость, спать захотелось еще сильнее, и сразу после обеда я вернулся в спальню. Лесса тут же устроилась с книгой у моей постели. Понятно, побег мне только снится.
Когда в следующий раз открыл глаза, за окнами было темно. Роль стража выполняла Конни – в отличие от Лессы, она вышивала при свете магического светильника, отгороженного колпаком, чтобы мне не мешал.
– Проснулся? – Конни заметила, что я открыл глаза, и улыбнулась.
– Да, – ответил, опуская ноги на пол. То ли от магии Лессы, то ли от отвара, но чувствовал я себя на удивление хорошо. События последних двух дней казались далеким, хоть и жутким сном. Мысли тоже прояснились. Вот только ответа, что делать дальше, так и не было.
– Я уговорила Лессу отдохнуть. Она совсем выбилась из сил, – сказала Конни. – Надеюсь, мне не придется тебя ловить?
– Думаешь, поймаешь? – усмехнулся я.
– Это будет непросто. Эд, что ты собираешься делать дальше?
Вопрос поставил меня в тупик. Потому что я не знал на него ответа. Конни взяла меня за руку.
– Тебе сейчас тяжело, – сказала она, – но не надо решать все самому. У тебя есть мы. Ты ведь не уедешь из Адиаполя, правда?
– Пока нет. Хочу знать, чем закончится история с Затрией. А потом придется, наверное, мне здесь больше делать нечего.
– Почему?
С Конни хотелось быть откровенным. Наверное, потому, что она по-прежнему напоминала мою сестренку. Но я не мог быть откровенным с самим собой.
– Потому что ничего уже не вернуть, – ответил наконец. – То, что произошло, изменило меня, и я теперь не вижу какого-то выхода. Сначала надо понять, кем я стал и куда идти дальше.
– Понимаю, – вздохнула она. – Но в любом случае мы тебя не оставим.
– Спасибо. Не знаю, чем заслужил вашу дружбу, но я благодарен.
– Дружбу нельзя заслужить, – рассмеялась Конни. – Ты спас мне жизнь, я этого никогда не забуду. Ты справишься, Эдмонд.
Она порывисто обняла меня и вышла из комнаты.
«Растрогал девчонку, – пробормотала Тьма. – Дамский угодник».
«Будешь много болтать, надену маску».
«Ой, не больно-то и хотелось».
И она затихла, а я сел у окна и смотрел на окутанный мраком город. Да, сейчас утренняя попытка побега казалась глупостью. Я по-прежнему был против, чтобы кто-то занял мое место. Только дело сделано, и если вмешаюсь, станет еще хуже. Одна часть меня хотела ворваться в королевский дворец и устроить Вендену хорошую головомойку. Другая – оказаться как можно дальше от Адиаполя и никогда не возвращаться. И которому из этих желаний доверять, я так и не решил.
Дни летели очень быстро. Каждое утро и вечер Феон уходил в город, но новости оставались неизменными – казнь шла по плану, Адиаполь застыл в ожидании. Я сам застыл вместе с городом. Старался отвлечься – составил наброски законов, которые обдумывал в тюрьме. Зачем? Затем, что они забивали голову и помогали не думать ни о чем другом. Хорошее средство. Поручил Феону достать для меня десяток черных масок и оттачивал на них чары. Пальцы после наручников слушались плохо, поэтому для создания сложных плетений нужны были тренировки. Первую маску я испепелил, второй можно было только кого-нибудь проклясть – ее пришлось уничтожить, не хватало еще случайных жертв. На третьей начало получаться хоть что-то. В четвертой и вовсе можно было выйти в свет. А пятую я сделал крайне необычной. Долго выводил печати у прорезей для глаз.
«Что ты делаешь?» – поинтересовалась Тьма.
