Дима сел справа, Роман - слева. Сначала они взахлёб рассказали, как и что им понравилось в спортивном зале, потом объявили, что дома у Ромыча зря времени не теряли и уже знают, что такое Старая Трасса. И что самый кайф - старший брат Игоря обещал завтра отвезти туда всю компанию.
Слишком усталая от переживаний, я сказал только, что, возможно, как раз завтра меня на Старой Трассе и не будет.
И тут выяснилась ужасающая вещь.
- В смысле - Яны не будет? - спокойно уточнил Димка. - А нам и Ваня подойдёт.
- Роман! - слабо возмутилась я. - Эх ты, предатель!
Мой сосед виновато потупился, а Дима тут же вступился за него.
- Яна, вы его не ругайте, ладно? Он не виноват, что я так здорово умею выспрашивать. Он ведь даже и не понял, что проболтался.
Интересно. Вступившись за друга, Дима и не подумал взять вину на себя или хоть как-то себя обелить. Самоуверенный.
- А почему вы не придёте? - легко спросил Дима.
- Не скажу.
- Почему?
- Из вредности.
Он фыркнул.
- Боитесь, лишнего скажете?
- По-моему, лишнее сейчас говорит кто-то другой, - заметила я. - И вообще... Кто-то хотел воздухом подышать, а болтает без умолку.
Дима улыбнулся: ага, разговор переводим, чтобы не проболтаться!.. Но послушно замолчал. И мы стали смотреть, как с нависшего над нами тёмно-серого неба, слегка подсвеченного вечерним городом, лениво падают снежинки; на мой с Романом дом, на тёплые от света окна, на совсем редко проезжающие перед домом запоздалые машины, на мужчину, в чёрном пальто, с небрежно намотанным на шее длинным шарфом, с непокрытой головой, который не спеша поднимался по лестнице, поворачивал к нам - и так же спокойно остановился передо мной. Перед нами. Не слишком близко - где-то в метре от нас. Охотник... Дичь-то не в одиночестве.
- Добрый вечер, Дима, Роман... Яна...
Мальчишки, насторожённые, встали уже, едва только поняли, что незнакомец идёт именно к нам. Хм... Одновременно. Тоже - охотники. Я взглянула снизу вверх, машинально приподняв козырёк кепки.
- Ребята, знакомьтесь. Это Арсений.
- Очень приятно, - спокойно отозвался тот.
Почему-то больше всего меня беспокоил Дима, стоявший гораздо напряжённей Романа. Но мальчишка вдруг расслабился и даже улыбнулся.
- А я вас знаю. У нас в зале до сих пор ваша фотка висит. Яна, мы пойдём. До свиданья. До свиданья, Арсений.
И он чуть не по-офицерски кивнул ему. Какие-то мгновения я даже ожидала, что вслед за кивком последует прищёлкивание каблуками. Но мальчишки, выждав, пока Арсений чуть наклонит голову в ответ, просто развернулись и, негромко, но возбуждённо переговариваясь, пошли к дому Димки.
Арсений некоторое время постоял, глядя им вслед, потом неспешно присел рядом со мной. Я безразлично сказала:
- Мир тесен, да? Если бы Дима тебя не узнал, он бы не ушёл.
- Я это понял.
- Боевое самбо, да?
- Было дело.
Говорить не хотелось. Хотелось смотреть на падающий снег и ни о чём не думать. Арсений, кажется, тоже не был расположен болтать. Но явно оказался расположен к чему-то иному. Молча подвинулся ко мне, сунул сзади руку обнять меня за пояс - и не просто обнял, но подтащил к себе ближе, после чего привалил меня к себе, придерживая за плечо. Не поворачиваясь, я некоторое время сидела, неловко отстраняясь от него. А потом не выдержала - головой прислонилась к его плечу. И не сопротивлялась, когда он снял перчатки и переплёл свои пальцы с моими, образовав наше личное, абсолютно замкнутое пространство, в котором было уютно и безопасно. Сначала потому, что можно почти лежать в его руках, как в кресле. А потом стало тепло. Я не замёрзла. Согрелись мы, прижатые друг к другу...
Глядя на рукав его чёрного пальто, постепенно белеющий от мохнатых снежных хлопьев, я мельком подумала, что он даже не спросил, почему всё-таки я так резко оборвала разговор по мобильному. И, кажется, не сердится на меня из-за этого. Потому что старше?.. Опять мельком подумалось, что я впервые вспомнила о разнице в годах...
Потом я взглянула ему в лицо.
- Ты без шапки - замёрзнешь.
- Да нет. Нормально.
- И... мне идти надо. Я обещала маме только на полчаса. Потеряет.
- Давай ты проводишь меня к машине, а я подвезу тебя по пути к подъезду?
- Ну... Давай.
Мы спустились по лестнице и пошли по дороге к концу дома, где жильцы в основном ставили машины. Под руку. Шли - в смысле, под руку. Он опять без слов предложил мне руку так, что отказаться - обидеть ни за что... Я слабо понадеялась, что он предложит посидеть в машине, хотя понимала, что после слов о маме он вряд ли... Но хотелось хотя бы услышать это...
Может, и сказал бы... Но не успел. Потому что подъехал Глебушка, который привёз Инну. Он тоже доехал до конца дома, чтобы можно было развернуться, но, разворачиваясь, узнал меня. А может, Инна узнала.
Мы-то, когда машина начала подъезжать, отошли чуть в сторону, чтобы не мешать. И Арсений уже не просто стоял со мной под руку, а поставив меня перед собой, обнимал, держа руки - пальцы "замком" - на моём поясе. И я почему-то не боялась, что вот выйдет кто-то из соседей, увидит меня здесь... И с тихой улыбкой думала - собственник.
