– Я ему запретила. – Признаваться не хотелось. Я и правда эгоистка, раз так на него наехала. Я беспокоилась только о себе, а не его переживаниях. Друг называется! – Сказала, что его никто не просил за меня вступаться. И все свои проблемы я решу сама.
– Дура, – подвела итог подруга.
– Вот и он так сказал.
Лидия расхохоталась:
– Молодец парень!
– Ты лучше расскажи: как прошла встреча с директором?
– Отрежь еще кекса, и я выложу все как на духу, – улыбнулась она. – Я была примерной мамочкой. Кричала и ругалась. За что вы отстранили мою крошку? Что за чудовища у вас учатся! Как вы можете быть образцовой школой, если у вас учатся такие дети?! Обещала пожаловаться в администрацию штата, ведь у меня и там тоже связи. Ну а конец ты и сама слышала.
– А мистер Дюваль?
– Слушал и кивал. Крутой мужик. Даже мускул на лице от моих криков не дрогнул. Про вторую девочку распространяться не стал. Ограничился тем, что назвал ее наказание – отстранение на две недели минимум и походы к психологу. Я сочла это достаточным, так что кричать еще и по этому поводу не стала. Сказал, что отстранил тебя от занятий только для того, чтобы шумиха улеглась. Даст бог, к следующей неделе никто уже ничего не вспомнит.
– Да, конечно! – с сомнением отозвалась я. – Как думаешь, Райана тоже отстранили?
– Насколько я поняла – нет. Я перекинулась с Оливером парой слов, прежде чем отправилась изображать сумасшедшую мамашу. Он сказал, что у ребят скоро важная игра и пацан нужен команде. Но как-нибудь его в любом случае накажут.
Я тяжело вздохнула и допила свой бокал до конца. Накажут, и все из-за меня!
Присутствие еще одного человека в доме радовало. С приездом Лидии особняк ожил, как бы странно это ни звучало. Ее сумочка лежала у зеркала в прихожей. Пиджак был брошен на диван. Ноутбук расположился на журнальном столике. Запах ее духов витал по комнате. М-да, я определенно устала жить одна в таком большом доме. Хочу назад в свою крохотную квартирку!
Подруга уже давным-давно спала, а я все еще сидела на бортике бассейна и болтала ногами в воде. Наверное, стоило бы написать Райану прямо сейчас. Или позвонить (хотя так делают только старушки вроде меня). Я даже брала телефон в руки пару раз, но так и не нашла слов.
Вот теперь мне реально было стыдно за свою глупую вспышку гордости. Я настолько боялась чужого внимания, что в лицо парню сказала, что быть его девушкой – худшее, что может случиться со мной в жизни. Кто так делает? Как со мной после этого общаться? Идиотка! Вряд ли я таким образом повредила его хрупкую психику, но обидела совершенно точно. Друзья так не поступают. А уж взрослые и адекватные люди – тем более.
Боже, я запуталась! Я запуталась в себе. Еще чуть-чуть – и я заработаю раздвоение личности, не иначе. Потому что меня действительно две. В моменты спокойствия и одиночества я – это я. Саманта с багажом жизненного опыта за плечами. Думающая, уравновешенная. Но стоит рядом появиться кому-то из моих школьных друзей, как я мгновенно превращаюсь в глупого и эмоционального подростка. Категоричного, взрывного, эгоистичного. Как такое вообще возможно? Ни разу за все годы работы в агентстве у меня не было расщепления. Или как это правильно называется у психологов? Или теперь уже психиатров?
А вот еще тебе, Саманта, тема для раздумий: любой бы в такой ситуации тронулся умом или только ты? Играет ли прошлое значимую роль или дело только в резкой смене возраста и гормонах? Жаль, ответа на этот вопрос мы в ближайшее время не узнаем. Мой случай в нашей практике первый, и не думаю, что новый прецедент возникнет скоро.
Я последний раз ударила ногой по поверхности воды и встала. Рефлексия – это прекрасно, но я рискую загнать себя в совершенно безысходное состояние. Я уже не знаю, как разгрести все то, что сотворила. И депрессия мне точно не поможет.
Лучше иди спать, Саманта!
Мое счастье длилось недолго – Лидия улетела обратно в Нью-Йорк субботним утром. Я отвезла ее в Сан-Франциско, в очередной раз сдала кровь. Мой месячный цикл наконец-то пошел на очередной круг, что не могло не радовать. Может быть, доктор Ли был прав и стоило просто подождать, а вся моя эмоциональность – банальный ПМС? Надеюсь, через неделю я замечу перемены в лучшую сторону.
Воскресенье я промаялась дома, с тяжелым сердцем ожидая начала новой недели. Интуиция подсказывала: ничто не забыто. Наоборот, все неравнодушные выжидают, чтобы обласкать меня вниманием.
К понедельнику я постаралась подготовиться. Наглухо застегнутая рубашка в сине-зеленую клетку, черные джинсы, черные кеды. Распущенные волосы закрывали часть лица. Прятаться так прятаться. Я бы еще зеркальные солнечные очки нацепила, но в школе их все равно заставят снять, так что они делу не помогут.
Порог главного входа я перешагивала с бешено барабанящим сердцем, будто заходила не в школу, а как минимум в стан врага. Я даже приехала буквально за несколько минут до звонка, чтобы никого не встретить на территории.
Вдох. Выдох. Шаг. Звонок. В коридорах никого.
