— Накормить, напоить, спать уложить, — всё же добавил я подробностей. — Но покидать территорию острова ему нельзя. И Гар, — я пристально посмотрел на беспутца. — Не пугай мальчишку топором. Хватит с него уже. Неплохой он, потерявшийся просто, понимаешь?
— Я понял вас, повелитель, — поклонился он. — Мы тоже потеряли путь, но смогли найти благодаря вам. Мальчишку уберегу.
— Спасибо, — искренне поблагодарил я.
Теперь за Ивана я был спокоен. Но со старейшиной перед уходом переговорил, тоже вкратце объяснив суть возможной угрозы. Вряд ли кто-то станет искать Ростовского здесь, но лучше быть готовым.
Мой же путь снова вёл на Сытнинскую улочку.
Особняк алхимика был погружен в полную темноту, не горели фонари в саду, чернели окна. Да и район весь давно сладко спал. Только где-то вдали верещали любовные песни коты. Мне показалось, что со стороны нашего дома.
Стучать я не стал, теперь вся охранная сеть была привязана ко мне, поэтому преград не было. Калитка послушно открылась, управляемая одним лишь желанием войти. Удобная опция, подсмотрел в торговой гильдии. В случае отсутствия магии будет работать самый обычный замок. В ином — хозяин и, в данном случае, артефактор, сможет открывать двери без ключей.
Вот за что я действительно любил магию. За комфорт. Главное — учитывать нюансы и не полагаться полностью на силу. Но зато как можно облегчить обыденные вещи.
Пока я радовался столь простому, но полезному применению дара, не заметил угрозы.
Тёмная фигура у двери дома была серьёзно вооружена. Перед моим лицом просвистела кочерга, с которой посыпалась вековая пыль. Я расчихался.
— Игорь Ярославович, право, это негуманно.
— Это вы, ваше сиятельство? — алхимик сделал шаг вперёд и прищурился, стараясь разглядеть меня в темноте.
Кочерга приблизилась вплотную, и я одним пальцем отодвинул оружие в сторону.
— Ох, простите, — смутился Воротынский и спешно отбросил антиквариат в кусты. — Желаете кофе? Или что покрепче?
Поразительная способность переключаться. Я пригляделся и понял: не в невозмутимости причина. У него реально отсутствовали все инстинкты самосохранения. И не в уверенности дело. Любая конфликтная ситуация забывалась сразу же просто потому, что неприятная.
Мог ли такой человек обмануть? Вполне. Не совсем солгать, а просто забыть о том, что ему не нужно. Или же…
— Кофе, — улыбнулся я. — С радостью выпью чашечку отличного кофе.
Пока он хозяйничал, я внимательно наблюдал, пытаясь увидеть признаки несоответствия. Хоть малейшую зацепку, что он утаил от меня важную информацию. Но Воротынский лишь радовался, что ночным гостем оказался я, а не очередной сосед с жалобой. Он даже про наёмника не вспомнил, а ведь это было пару часов назад.
— Я взглянул на тот образец, что вы принесли, — сказал он, когда мы устроились за столом. — Потрясающе! Такая искусная работа и маскировка. Признаюсь, я испытал некоторую зависть к тому мастеру, кто это сделал.
— А что он сделал?
— Вы слышали когда-нибудь про пыльцу забвения? — у алхимика так загорелись глаза, что и свет не нужно было включать, мог бы целый квартал осветить.
Звучало тревожно, но в названиях подобных вещей я не разбирался. Учитель меня сильно злился за это, но добиться успеха так и не смог. Я путал отречение с облегчением, а багровую ярость с кровавым гневом. Вот спроси принцип действия — распишу по мельчайшим деталям. Высокопарные обозначения — увольте.
— Возможно, — ответил я. — Но лучше объясните мне своими словами.
Он не просто объяснил, а целую лекцию прочитал, позабыв про всё остальное.
О таком я точно не слышал.
Просто потому, что изобрели пыльцу эту уже после того, как я этот мир покинул, чтобы вернуться спустя столетия. Всё же алхимия развивалась получше, чем прочие направления.
Оно и понятно, ведь искусство зелий было доступно любому одарённому. В той или иной степени, но тем не менее. Безусловно, высшего мастерства достигали единицы, но такое было в любой сфере.
Двести лет назад в империи появился уникальный специалист. Никто не знал, откуда он пришёл и куда делся. Алхимик, равных которому не было, по словам Воротынского. Тогда шёл вялый вооружённый конфликт с соседями, впоследствии ставшими союзниками. Вялый, но постоянно требующий ресурсов и талантливых людей.
В принципе, никто решать всё миром не стремился. Обменивались обвинениями, шпионами и тайнами, вроде как государственными. Втихаря торговали, выбивая условия повыгоднее. Ничего необычного, короче говоря.
Но алхимик решил всё исправить. То ли простодушный был, то ли настолько амбициозный, что плевать он хотел на сложившийся порядок. При этом не будучи глупым, к правителю с предложением одним махом со всем покончить он не пошёл. Объявился прямо на поле боя, больше показательного, чем реального.
Забрался на холм и рассыпал оттуда эту самую пыльцу.
