— Чёрт!
Рано я расслабился и запнулся о какую-то плюшевую игрушку. Из тех, что с жутко громкими пищалками внутри. Такими, что специально не найдёшь, где же звуковой амулет, а вот не нарочно попадёшь именно на него. Скорее всего, это для нашего кошачьего семейства, вряд ли Гордей с подобным играется. Противный звук разнёсся по длинному коридору и утих где-то вдалеке.
Я замер и едва не расхохотался. Ну будто вор в собственном доме, ей-богу.
Но спали все крепко, после пары минут ожидания я так и не услышал ни единого звука. Лишь ветер завывал где-то в трубе.
Подкравшись к двери рыжего, я прислушался. Тихо. Осторожно приоткрыл и заглянул. Слабый свет садовых фонариков проникал в комнату и подсвечивал бугор на кровати, с головой укрытый одеялом.
Шаг вперёд и передо мной появилось лезвие. Теневое оружие! Вот это потрясающе, и когда он научился такое делать? Стремительное развитие, что не могло не радовать. Я отмахнулся от смертоносной тени светом, развеяв угрозу.
Надо бы его обучить делать более устойчивую материализацию. Хотя маги света и редкость, но нужно быть готовым ко всему.
— А, это вы, — вышел рыжий из сумрачного мира и с лёгким упрёком добавил: — Опять экзаменуете, Александр Лукич.
Если бы я его испытывал, то точно поставил бы высший балл. Теневик стал истинным носителем дара — незаметным и сливающимся с окружающим. Далеко пойдёт парень.
— И ты отлично справился, — не забыл я его заслуженно похвалить. — Есть дело, Тимофей Петрович.
— Ну наконец-то! — довольно воскликнул он. — Я уж решил, что навеки с учебниками застряну. Вы не подумайте, учиться мне очень нравится. Но куда ж без практики!
— Будет тебе практика, — многообещающе улыбнулся я.
Пришлось пожертвовать почти всем запасом накопителей. Ведь маяк я замкнул на остров, чтобы тот подпитывал контуры артефакта. Оставил я чуть-чуть, чтобы не оставаться совсем уж без ресурсов.
В принципе, я изначально заложил возможность замены источника энергии. Да и по правде говоря, не требовалось маяку столько силы. Перед зданием была стихия — море. И оттуда можно было почерпнуть магии, преобразовав её в подходящую. Потери большие, но и магии там практически бесконечно.
Новая схема сложилась в голове, пока мы ехали в Кронштадт.
Если всё сделать правильно и аккуратно, то ещё и помощь будет работе дамбы. Риски наводнений значительно уменьшатся благодаря тому, что маяк будет брать силу из моря. Со всех сторон хорошо, в общем.
— Штормовое предупреждение, — сказал Тимофей, глядя в свой телефон.
— Серьёзно? — расхохотался я, обводя широким жестом берег.
Вода уже бушевала, яростно атакуя берег. Здесь ветер уже был таким сильным, что сбивал с ног. Я увидел, как мимо нас пронесло крупную чайку. Неместная, наверное. Местные либо способны противостоять, либо вообще не высовываются в такую погоду.
— А, ну да, точно, — покраснел парень. — Заметно.
— Ты где витаешь, Тимофей Петрович? — меня его невнимательность встревожила.
— Простите, ваше сиятельство. Задумался, — он умолк, закусив губу.
Ясно, природница. Павлова в оранжерею вернулась, но разговоров по-прежнему избегала. Да и времени у меня не было, честно говоря, выяснять, что же решила княжна.
— Ваше сиятельство, — напомнил я ему о его новом статусе. — Говори уж.
— Екатерина Дмитриевна… — поначалу смело выпалил он, но запнулся, причём и натурально, то есть о камень. — С отцом познакомить желает, в общем. Ну, с князем то есть.
— И в чём проблема? — я старался смотреть под ноги, чтобы не поскользнуться на уже мокрых от волн скалах.
— Вести-то себя как… — так тяжко вздохнул тот, что штормовой ветер позавидовал бы такому напору.
— Подожди, — я остановился, понимая, что на ходу не получится обсудить, оба свалимся. — Так они помирились с отцом?
— Не совсем. Я не знаю, — с отчаянием вскинул руками Тимофей. — Александр Лукич, я не могу понять, как с ней иногда разговаривать! Задаю прямой вопрос, а она: ну а сам как думаешь? И взгляд такой, что ясно сразу. Ошибёшься и конец, — он продемонстрировал вывод, проведя пальцем по горлу. — А что мне думать-то? Я же и спрашиваю, потому что не знаю!
— Так. Учитель по этикету у тебя будет, насчёт этого не переживай. Лучший из возможных. В грязь лицом перед князем точно не ударишь. А что касается Екатерины… Её светлости, то есть. Держись.
— Держись? — так обиженно переспросил он, что я не удержался и усмехнулся.
Мол, и это весь совет? Его глаза сверкнули в свете далёкой молнии.
Ну а что ещё сказать? Что всё придёт со временем? Понимание, что мы очень разные. Мужчины и женщины. По-разному думаем, чувствуем, стремимся к разному. И в этом-то вся прелесть. Так природой заложено. И наладится всё, если есть любовь. Будет нелегко, но наладится.
Я вот во взгляде Тимофея видел, что готов тот свернуть горы, осушить моря и даже мне по морде дать за усмешку, пусть причину он её и не понял. И всё ради природницы. А значит, точно справится.
Парень с эмоциями совладал быстро.
