Небольшое собрание начало понемногу шевелиться на своих местах. Несколько молодых людей отделились от основной толпы и приблизились к выходу. Они повторили все действия Зорро и, по-видимому, пришли к идентичным выводам, а это значило, что ироничное замечание губернатора о грядущем ночлеге несло в себе долю правды... И, тем не менее, движение в прохладном каменном помещении значительно развеяло гнетущую обстановку и привнесло в притихшие ряды легкое оживление, хотя все взгляды так и остались прикованы к фигуре героя в маске, отошедшего в сторону вместе с Рикардо и доном Алехандро. Дон Ластиньо решил остался с девушками и сейчас о чем-то тихо с ними разговаривал, не позволяя им сосредоточиться на собственных беспокойных мыслях.
Диалоги стали намного громче, а движение по каменному залу активнее.
Внезапно из ближнего к двери угла послышалась музыка. Изабелла и Керолайн, от изумления забыв предмет своего обсуждения, с огромными глазами повернулись в сторону источника звука. Им не показалось. Там, действительно, сидел музыкант с маленькой гитарой.
- Карлос! Ты спас инструмент! – рассмеялся сидевший напротив него молодой человек.
Гитарист довольно улыбнулся и забегал пальцами по струнам.
Изабелле показалось, что с ее плеч сняли тот самый обелиск, который сейчас преграждал им путь к свободе. Музыка ворвалась в сердца и души присутствующих подобно прохладному дуновению ветра в раскаленный знойный полдень. Такая простая, совсем незамысловатая мелодия, без слов, без украшений. Совсем обычные аккорды, плавно переходящие из одного в другой... Но они сейчас оживили потерянные взгляды и вернули на лица улыбки минувшего вечера.
Удивительная сила музыки... Изабелле всегда казалось, что так думала только она одна, замирая во время балов рядом с музыкантами в самые трепетные моменты. Именно поэтому с пяти лет она начала заниматься на скрипке, каждый день пытаясь освободить для нее хоть несколько минут в своем нескончаемом графике учебы. Ее педагог мог прийти к ней в любое время по первому ее взгляду и, когда она, наконец, научилась правильно держать смычок и ставить его на струны, мгновения слияния с инструментом стали для нее одними из самых счастливых.
Свои концерты она играла в основном для Керолайн, которая с восторгом слушала их даже в то время, когда они еще представляли из себя жуткий набор скрежета и свиста. Но день проходил за днем, год сменялся годом, и постепенно из под тонких гибких пальцев начали струиться нежные, легкие мотивы.
С тех пор очень часто, когда подруги чувствовали усталость или были чем-то огорчены, Изабелла брала свою скрипку и начинала играть...
И вот сейчас она поняла, что на ее родной земле люди чувствовали то же самое. В их напряженных взглядах появился привычный солнечный блеск, лица засветились задором и весельем, а сквозь разбросанные разговоры все чаще стал пробиваться негромкий смех.
Как же быстро они умели брать себя в руки...
Или их самообладание было подкреплено присутствием того, кто несколько минут назад спас им жизни и сейчас стоял неподалеку с губернатором и Рикардо?
- Я захватил еду, если это скрасит наше времяпрепровождение, – перебил ее мысли чей-то высокий неуверенный голос.
Небольшое собрание на секунду ошеломленно замолчало и обратило все свои взоры в сторону потупившегося оратора. Это был один из крепостных поваренков, взятых в качестве помощника для организации праздничного стола.
- Я хотел отнести мешок к экипажу, но... – он совершенно смутился и замолчал.
Изумленная тишина опустилась на помещение.
- Ну так это меняет дело! – раздался из дальнего угла бодрый голос Линареса. – Давай-ка, показывай, что у тебя там есть.
Присутствующие выдохнули от удивления и громко рассмеялись.
Изабелла и Керолайн тоже не смогли сдержать смеха и влились в общий гомон. Эта гитара и неожиданное пропитание в той дикой ситуации, в которую они попали, казались сейчас верхом абсурда, и именно это заставляло их смеяться почти до слез.
- А вина ты, случайно, не захватил? – послышался еще чей-то развеселившийся голос.
Это был молодой дон Рафаэль, единственный наследник семейства Веласкес с его кораблями и торговыми связями.
- Только одну бутылку, сеньор, – пролепетал служка и полез в трепетно прижимаемый к груди мешок.
Дон Рафаэль не сдержался и фыркнул от подступившего приступа хохота.
Похоже, Рикардо был прав, и эта ночь будет не такой уж страшной...
- Он бы еще пару кабанов захватил, – тряслась Керолайн на плече Изабеллы.
Подруги перевели дух и одновременно обратили свои взоры в дальний угол. Дон Ластиньо, почувствовав, что девушки пришли в себя, оставил их на попечение друг друга и поспешил к отделившейся группе.
- Они ведь что-нибудь придумают? – прошептала Кери.
- Придумают... – тихо ответила Изабелла.
«Он придумает...» – отозвалось у нее в голове.
Вокруг стало еще светлее – дон Ластиньо принес два новых факела и укрепил их на оставшихся двух стенах.
- Тебе нужно снять штаны, они насквозь мокрые, – пощупала одежду подруги фрейлина.
- Как ты себе это представляешь?
- Накинем на тебя рубашку дона Агустина.
- Откуда ты ее взяла?
