Девушка до того удивилась, что позволила себя уговорить. Никакого желания отмечать дурацкий детский праздник у неё не было, но Лаврентий так настаивал, что отказать ему было практически невозможно. К тому же в последние годы все торжественные мероприятия она полностью игнорировала, оставаясь наедине с собой или в лучшем случае с Ульяной. А тут в кои-то веки выпал шанс встретить Новый год в компании двух мужчин, если они, конечно, не уедут.
Магазин сверкал праздничными шарами, мишурой и серебристыми искусственными снежинками, из динамиков лилась музыка, призванная создать соответствующее настроение, крошечная карусель крутилась вокруг своей оси, развлекая малышей и их родителей. Даша прошлась под блестящим дождиком, провела рукой по шершавым украшениям и повернулась к Лаврентию.
— Тебе какие больше нравятся?
— Чем больше, тем лучше. — Он взял огромный шар с нарисованным домиком и протянул девушке. — По-моему, похоже на твою усадьбу.
Хозяйка гостиницы пригляделась к жёлтым светящимся окнам и голубоватым сугробам, устилавшим всё вокруг домика. Выглядел он чересчур сказочным, но поразмыслив, девушка пришла к выводу, что именно такое впечатление её жилище должно производить на неподготовленного зрителя.
— Пожалуй. А мне нравится вот эта мишура. Смотри, какая мохнатая! И ещё тот набор со звездой, и… Зачем ты меня сюда привёл?!
— Чтобы стереть унылое выражение с твоей физиономии, — улыбнулся Лаврентий. — Полное ощущение, что у тебя жуткая трагедия стряслась, а поскольку я почти уверен, что это не так, предлагаю как следует оторваться.
Из магазина они вышли спустя два часа — уставшие, нагруженные покупками и вызывавшие завистливые взгляды у встречной детворы. На улице давно стемнело, с неба сыпались крупные снежные хлопья, особой суеты вокруг не наблюдалось, но чувствовалось, что город живёт в предпраздничном ожидании.
— Где ты собираешься встречать Новый год? — наконец решилась спросить Даша.
— У тебя, — коротко отозвался мужчина, и она на секунду подумала, что он говорит о её комнате.
Смутившись, девушка не посмотрела на светофор и ступила на проезжую часть. В тот же миг под ногу попало что-то твёрдое, Даша запнулась и рухнула прямо под колёса КамАЗа.
Новогодние шары покатились по коричневой слякоти, мишура блестящим комом взмыла в воздух, разорванный пакет прощально хрустнул под машиной. Отчаянно сигналя, КамАЗ промчался мимо, обдав девушку грязью, где-то рядом послышались испуганные возгласы, детский плач, крепкие выражения водителей.
— Цела? — тихо спросил Лаврентий, всё ещё прижимая её к себе.
Даша ошарашенно кивнула: говорить она была не в состоянии. Мужчина втащил её на тротуар и как следует встряхнул за плечи.
— Скажи что-нибудь.
— С-спасибо… — пробормотала хозяйка усадьбы, отчётливо понимая, что если бы не он, народ вокруг сейчас вопил бы куда громче. В толпе раздались неуверенные аплодисменты, люди начали расходиться.
— Постой тут, а я подберу, что ещё можно.
Ловко лавируя между машинами, Лаврентий принялся поднимать праздничные украшения, а Даша прислонилась спиной к фонарному столбу, постояла так немного и, поменяв положение, обняла бетонное основание. О том, что едва не произошло, думать было очень тяжело, но девушка заставила себя собраться с мыслями и теперь наблюдала за постояльцем с искренней благодарностью. Не то чтобы облик героя моментально засиял в её глазах, но не оценить подвиг было просто невозможно. Потрясающая скорость реакции, умение мгновенно концентрироваться, физическая сила в конце концов… Чем же он занимается?
— Вот, спас почти всё. — Лаврентий под завязку набил свой пакет и с сомнением уставился на спутницу. — Ты как? Идти можешь?
— Н-не знаю, — невнятно промычала хозяйка усадьбы. — Кажется, я ног не чувствую.
— Ну, это мы запросто исправим.
Он лукаво ухмыльнулся и вдруг ущипнул её пониже спины. Вышло довольно чувствительно, и девушка, от неожиданности вскрикнув, отцепилась от столба.
— Так и знал, что подействует. Идём, на автобус опоздаем.
Обратная дорога Даше запомнилась плохо — в основном потому, что перед глазами маячил проклятый КамАЗ, который прошёл от неё всего в нескольких сантиметрах. Выходка Лаврентия тоже не давала покоя, но на фоне старухи с косой как-то меркла.
Ульяна и Никита идиллически сидели за столом, уткнувшись каждый в свою газету, однако почему-то сразу стало ясно, что происходящее в мире их совершенно не интересует и заняты они томительным ожиданием, которое, впрочем, тщательно скрывали.
— Вернулись? — безразлично спросила подруга. — Где пропадали столько времени?
Никита бросил на Дашу быстрый взгляд, вернулся к газете, но тут же снова посмотрел на девушку.
— Что случилось? — Он поднялся, приблизился к ней и, чуть прищурившись, принялся разглядывать её лицо.
— Ничего особенного. — Даша уклонилась и попыталась его обогнуть, но не тут-то было.
— Я же вижу: с тобой что-то не так. Лучше скажи сразу.
— А то что? — начала злиться девушка.
— Просто кое-кого не научили переходить дорогу, — спокойно сказал Лаврентий, видимо намереваясь погасить зарождавшуюся ссору. — Тут не о чем говорить.