Благодаря своей хитрости Алистер видел сразу две плана реальности — тот, в котором были их души и тот, в котором остались тела. То есть перед ним сливались воедино беседка, увитая шпалерными розами и лесная поляна, залитая полуденным солнцем.
— Ох, я помню, здесь самая вкусная земляника, — рассмеялась Грета. — Финли? Это ты?
— Нет, призрак твоей вполне живой бабушки, — огрызнулась голубая двухвостая лиса.
— Ты странно выглядишь, — хмыкнула Тирна, — из всей тебя лисьим остался только один хвост. Вон тот, левый.
Все, как сговорившись, посмотрели на рыжий хвост. Финли недовольно фыркнула:
— Это мой проводник в ваш мир.
— Хвост?
— Хвост, — кивнула она. — Усаживайтесь, детки, сейчас я расскажу вам сказку.
— Детки, — буркнул под нос некромант, — внучки еще скажи.
— Ох, хорошо дерр Некромант, если говорить о вас, то вы — подросток. По сравнению со мной.
— А так и не скажешь, — хихикнула Тирна и добавила, — почтенный возраст и воровство сахара у меня как-то не складываются воедино.
Финли их не слушала. Прикрыв глаза, она как-то резко дернула головой и на поляне появились кресла.
— Присаживайтесь. Это будет долгая и поучительная сказка с печальным концом.
Грета села поближе к Алистеру, а Тирна устроилась рядом с подругой. Финли прилегла перед ними и только в этот момент мора Ферхара поняла, что у лисы изменился не только цвет, но еще и размер. Сейчас Финли превосходила по габаритам даже Дикки.
— Это произошло еще до Исхода Эльфов, — мягко произнесла она. — Мой народ жил в горах, тех самых, где сейчас находят паутинные деревья. По какой-то немыслимой причине люди считают их хозяевами эльфов. Хотя выращивали деревья именно мы, дриады.
— Дриады?! — ахнула Тирна, а Грета удивленно спросила:
— Но разве вы не тонкокостные зеленоволосые девушки? Живущие в стволах деревьев?
— Не перебивай и все поймешь, — клыкасто улыбнулась Финли. — В стволах деревьев жили духи, защищающие наши… ну, назовем это городом. Поскольку домов в привычном вам понимании у нас не было, то и слово вам будет не понятно. Дриады едины с лесом. Каждая из нас могла превратиться в любого лесного жителя. Мы ухаживали за Изначальным Лесом и все было хорошо. Но постепенно дриады развивались, уходили в прошлое законы и традиции. И одна из нас решила выйти к людям. Чтобы безбедно и весело жить она нарушила главный закон — не использовать магию просто так. Среди прочего, она ради выгоды превращалась в различных зверей.
— На потеху толпе? — тихо спросила Грета.
— Воровала? — прищурилась Тирна.
— Воровала, — уныло произнесла Финли. — Но я… Но она же не знала! Ей говорили, у нас украли и надо вернуть! И она возвращала украденные вещи. А потом надоело и вернулась в Лес. Она не скучала по людям. Прошло очень много лет, драконы ушли на соседний континет, а дриады и вовсе засобирались в другой мир.
Лиса выглядела сконфуженной и очень виноватой. Было ясно, что оговорка «я-она» не случайна. И той ушедшей к людям дриадой была именно Финли. Но что значит «воровала украденное»? Грета подалась вперед, но ее опередила Тирна:
— Почему? Почему вдруг вы решили уйти?
— Драконы нашли путь на родину, — Финли неловко, по-звериному пожала плечами. — А дриады… Мы пришли из другого мира и наступило время пойти дальше. Изначальный Лес в нас больше не нуждался.
— И вы не смогли уйти? Из-за воровства одной из дриад? — спросила Грета.
— Никто не наказывает весь народ за глупость одного из них. Не смогла уйти только одна дриада.
— Ты? — вздохнула Грета.
— Я.
На поляне повисла тишина. Грета смотрела на свою близкую и родную пушистую подругу которая оказалась легендарным существом и не могла определиться, что она обо всем этом думает. Утаивала ли что-то Финли?
— Расскажи подробней о своем воровстве, — попросил некромант.
— Это было очень давно, — Финли свернулась калачиком и прикрыла морду хвостами. — Магия в то время была… Как бы так сказать? Дикой, сырой. Людям было очень тяжело колдовать.
— Эпоха господства кланов, — кивнула Грета и тут же извинилась, — прости, не хотела тебя перебивать.
Лиса шумно вздохнула и отозвалась:
— Да ничего. Да, это было время когда интересы рода стояли на первом, втором и третьем месте. Все во имя рода, ибо только род мог защитить. Родовые артефакты напитывались силой по два-три поколения и защищали особняки, в которых проживал весь род. В то время по улицам бродили страшные чудовища, куда более страшные чем дорфы и бейры. Вот тогда-то мне и пришло в голову выйти к людям. У них были сладости, печеные пирожки и все это так впечатлило меня, что возвращаться не хотелось. Но чтобы оставаться в городе нужны деньги. И тогда я начала развлекать людей превращениями. Они думали, что это качественные иллюзии и гадали из какого я рода и почему глава рода позволяет мне выносить из хранилища столь мощные артефакты.
Финли прервалась и немного помолчала. Грета села поудобнее и невзначай коснулась руки Алистера. Некромант тут же переплел с ней пальцы и тихонечко сжал.
