— В общем, мне хватало на съем крошечной комнатки без окон и на рыночные сласти. А через пару недель ко мне пришла женщина, пригласила выступить в ее доме. Роскошь спальни и купальни поразила меня. А уж кулинарные изыски поданные на ужин… С того момента мне хотелось так жить постоянно. Но люди перестали смотреть мои выступления. Теперь-то ясно, что меня обложили со всех сторон. А тогда были попытки что-то исправить. В общем, еще через пару недель полуголодной жизни я вновь встретила ту женщину. Она горевала и вывалила на меня свою историю. Мол, похитили у них напитанный чистой магией бриллиант. И теперь их род угаснет. А я возьми и ляпни — помогу. Мол, могу проходить сквозь все щиты и превращаться в кого угодно. Она рассыпалась в благодарностях. Я помогла ей и поселилась в их доме. Пила, ела и спала. Затем помощь потребовалась еще раз, затем еще раз. А я почувствовала, что пришло время купаться в целебном источнике и вернулась в Изначальный Лес. Там я поняла, что у людей хорошо и интересно, но дома лучше. Я осталась и совсем забыла про свои приключения.
— Но ведь ты не виновата, — негромко сказала Тирна и повернулась за поддержкой к Грете, — тебя обманули.
— Я виновата в том, что использовала магию для развлечения, — Финли чуть шевельнулась и искоса посмотрела на слушателей, — вы меня не презираете?
— Нет. Ты мой друг, самый первый, — Грета поднялась на ноги и уселась рядом со своей непривычно голубой лисой. — Я же простила тебе воровство сахара.
— Я все возмещала, — буркнула лиса. — Удачей или здоровьем. За такое куда больше отдают, чем пару мешков сахара.
— Так, а дальше-то что было? — вернула всех назад Тирна.
Грета осуждающе посмотрела на подругу и осталась сидеть на траве, рядом с Финли.
— А дальше дриады закончили с Изначальным Лесом. Вы же знаете, что магия исходит не только от людей и волшебных зверей, но и от спрятанного в горах леса?
— Теперь знаем, — ответила Грета.
— Разумеется знаем, — хмыкнул некромант.
— О как, — поразилась Тирна.
— Да, дриады идут из мира в мир и высаживают свои деревья. Если честно, то я не помню для чего мы это делаем. Из меня вышла плохая дриада. Но они ушли, а я осталась. Осталась запечатанной в лисий облик, тот самый, который чаще всего принимала в людском городе. Я должна найти потомков тех трех родов, которые из-за меня были обречены на исчезновение. И с двумя у меня все получилось. А вот третьего не получалось найти почти триста лет. Я потеряла личность, практически растворилась в магии. Тогда меня нашла твоя мама, — Финли посмотрела на Грету, — и мы заключили договор, впрочем, это ты знаешь.
— Ты нашла его? — подалась вперед Тирна.
— Я нашла его еще тогда, — Финли дернула хвостом, — но не срослось… Я не хочу сейчас об этом говорить. Достаточно того, что тогда у меня не вышло помочь — Дейрдре постаралась вернуть мне разум, но сил обычного менталиста было недостаточно. Последняя представительница третьего рода погибла, а я не смогла ее спасти. И вот недавно я вновь почувствовала эту ниточку, совсем тонкую, прерывистую. Как будто этот потомок мечется между жизнью и смертью, а определиться не может. Я хотела его найти и «определить». Но не выходит. Думаю, что мне просто кажется. И думаю, что мне придется просить тебя, Грета, заключить со мной связь хозяин-фамилиар. Еще немного и я вновь начну терять себя и свой разум.
Грета медленно кивнула:
— Я не дам тебе умереть. В любом случае. Вот только, что если ты ошибаешься и мы найдем третьего потомка? Ты уйдешь за своими собратьями? — спросила Грета.
Финли села, деликатно зевнула и ответила:
— Я буду иметь возможность уйти. Но потребности в уходе у меня нет.
— Но тогда зачем ты их ищешь? — удивилась Тирна. — Уходить ты не хочешь, а…
Лиса стегнула по траве двумя хвостами:
— Я виновата в уничтожении трех родов. Беззащитных людей преследовали и измывались над ними все то время, что я хорошо и спокойно жила в Лесу. Я не создаю впечатления совестливой особы…
— Это да, — кивнула Тирна. — Но предлагаю на этом закончить, если больше новостей нет. Что-то у меня как-то странно в висках стучит.
— Да, у меня тоже так раньше было. Это потому что ты не привыкла так общаться.
Некромант резко хлопнул в ладони и все вдруг оказались в беседке. Финли уменьшилась, вновь стала рыжей и однохвостой.
— Было любопытно, получится ли, — хмыкнул Алистер. — Я так понимаю, что время в твоей иллюзии застывает?
«Да. И только там вы можете слышать меня ушами, а не ощущать мои слова в своем разуме. Там проще общаться».
— Мне нужны имена и даты, все что у тебя есть на третий род. Уж я точно смогу сказать, все ли мертвы или есть кто-то в живых, — серьезно произнес Алистер. — Но это терпит. Сейчас вы возвращаетесь во дворец и ждете Марсию. Она принесет вам все, что нужно. Переоденетесь и я зайду за вами. Мы отправляемся в Цал-Диртанн.
— О, навестим моих! Домашний творог и яички, — радостно улыбнулась Тирна.
— Зачем? — поразилась Грета.
— Я был ранен там, там же находится некромантский замок, да и храм осквернили тоже там же. Слишком много всего для захолустья.
