— Вы молчите, Влад? — наконец-то прервал затянувшуюся паузу в нашем разговоре Крий. — Вам нечего мне сказать?
— Да ведь вы меня до сих пор ни о чем не спросили, Крий. — Счет в нашем разговоре стал «один — ноль» в мою пользу. — Зачем вы захотели со мной повидаться? Неужели только ради любопытства? Или вы, как истинный темный, решили коварно заманить глупого охотника на Барос и попытаться прикончить его?
— А почему только попытаться? Я в любой момент могу вас убить. Ведь различного рода алтари есть не только в Стоке, и сейчас они полностью контролируются мной.
— Так вы, уважаемый Крий, меня еще и боитесь? — изумился я, а счет в разговоре стал «два — ноль» в мою пользу. — Вы меня разочаровали, ну что, поговорим как земляк с земляком? Я имею в виду не предрасположенность к стихии земли, которую у вас не наблюдаю, — я сказал это на русском языке. — Земляк, давай просто выпьем, отметим нашу встречу, поговорим по душам под водочку и селедку, как положено, такие ведь традиции, а только потом начнем меряться содержанием своих яиц. Когда ты умер на Земле, году в пятидесятом? Я — Владислав, — я протянул руку Крию, — а как тебя зовут?
— Матвей, — пожал мне руку Крий. — Здравствуй, земляк, давно хотел тебя увидеть и поговорить со столь интересной личностью. Почти умер я в пятьдесят четвертом — слишком много знал, и затаиться у меня не получилось. На этом острове для меня не осталось почти ничего интересного. Хоть какое-то удовольствие получу за последние годы. Но называй меня Крием, я привык к этому имени.
— Если вы тот, о ком я предполагаю, то как же урна и все остальное?
— Да никак, — усмехнулся Крий. — Выбросило меня в гнилое пятно на Баросе, выбросило часть меня, а когда через несколько часов я полностью пришел в себя, то обнаружил свое новое тело. Юный колдун не рассчитал своих сил, призывая столь сильную душу из Сферы миров.
— А почему вы сказали «почти умер»?
— Смерть — не обязательное условие переноса с Земли на Арланд. Клирики наверняка тебе этого не говорили. Странные они. Я несколько столетий исследовал этот вопрос и стал экспертом по переносу из других миров в гнилые пятна разумных. А потом, после своего появления здесь, на Баросе, я решил заняться тем, что привык делать. Сначала подмял под себя весь этот остров, а потом и все ложи Стремящихся во Тьму на Сатуме. А чем мне еще было заняться? Илой! — крикнул Крий. — Почему еще ничего на моем столе нет? Ты бы знал, Влад, как мне изредка хочется поговорить хоть с кем-то нормальным, а уж с земляком…
— Крий, ты не прав. — Я с трудом налил себе гномьей водки в кубок. — Ну на хрена тебе все это было нужно?! Зачем ты стал темным?
— А кем я еще мог стать, Влад? Почему ты мне ничего не налил? А селедка здесь полная гадость, не то что раньше мне выдавали в качестве спецпайка. Балтийская, янтарная, прямо тающая во рту. Я ведь оказался колдуном! Илой, тащи еще нам закуски. На алтарь хочешь попасть?
— А он не слишком ли много знает? — поинтересовался я у Крия и обнажил чинкуэду. — Может, ты его того, или мне самому этим заняться?
— Не нужно. Знает он много, но когда узнал об устроенном тобой ночью безобразии в нижнем городе, я принял меры, и ничего и никому этот счастливец больше никогда не сообщит без моего ведома. Он провинился передо мной: Илой не смог предотвратить твоего проникновения на остров, хотя сколько я ему выделил сил и средств, — и я ему дал выбор: или алтарь, или полное подчинение мне, — а он принял верное решение. Кстати, Влад, это ведь Илой мне рекомендовал не мешать троллям. Поставь еду на стол, Илой. Сколько тебе заплатили эти тролли?
— Восемь с половиной тысяч золотых, мастер Крий. — Илой почему-то решил срочно покинуть нас, дождавшись разрешающего кивка Крия.
— Так мало? — изумился я перегаром прямо в лицо Крию. — За контроль над нижним городом я бы отдал раза в три больше. Все равно за год это окупится в несколько раз. Тут такой товарооборот, что нужно все выжечь до основания, а затем «мы наш, мы новый мир построим, кто был никем — тот станет всем».
— Я уже это проходил, — набулькал себе в стакан очередную порцию водки Крий. — А как меня стали называть после выполнения мною своего долга, после выполнения мною приказов? Сталинский палач! А ведь лично я никого не убивал, все дела я направлял в суд. А эти тролли… Да какая мне разница, кого именно я завтра отправлю на алтарь? Я в любое время могу за один час сровнять нижний город с землей, а всех его обитателей отправить на алтари. У меня под рукой одних только бездарей-шкеров больше девяти тысяч, а магов, а колдунов? Это ведь ГУЛАГ, Влад, а не остров. Тролли, они считают себя моими союзниками, какие же они тупые. У меня союзников нет и никогда не будет. Да они мне Волго-Донской канал зубами будут рыть, троцкисты недобитые! Шаг влево, шаг вправо, а за прыжок на месте — сразу на алтарь. Наливай.
