2) Остаток эзотерического ордена Восточного послушания Семигановского под названием «Внутренняя (эзотерическая) цер' ковь». Руководят кружком священник Ларионов Сергей Дмитриевич и Киселев Борис Львович. У них ведутся лекционные занятия по истории оккультизма. Состава кружка не знаю.
3) Кружок Клочкова Григория Владимировича с антихристианским направлением. Он работает вместе с женой Патцнер. Знаю, что после ухода из ордена мартинистов у Клочкова бывал Трапи-цын с женой, который читал там лекции по истории буддизма.
4) Орден рыцарей Грааля под руководством некоего Гошерона Делафос. Занимаются они оккультизмом. Придерживаются чрезвычайно пышного ритуала. Предполагаю в них христианское направление.
5) Кружок доктора Варченко Александра Васильевича. В свое время он бывал в обществе «Сфинкс» и пытался с ним соединиться, но безуспешно. Из членов кружка Варченко знал Шандаревского Петра Сергеевича и Кондалайна А.А. Среди оккультистов Варченко не пользуется хорошей репутацией, как, например, могу указать на распространение им среди учеников рукописи, выдаваемой им за свою, которая есть не что иное, как плохой перевод с французского одной из книжек Элифаса Леви.
6) Знавал группу Ломана (жив[ет] на Адмиралтейском канале), занимающуюся также оккультизмом и принадлежащую к антропософии, т.е. учеников Рудольфа Штейнера.
7) Из одиночек оккультистов знаю: 1. Наумова Александра Адельфиевича, ушедшего из кружка Ларионова и занявшегося магнетическим лечением знакомых; 2. Хлебникова Михаила Владимировича (?), у коего на квартире в свое время помещалось общество «Сфинкс»; 3) Беклемишева Николая Николаевича, который, думаю, за старостью оккультизмом уже не занимается.
8) Из одиночек масонов Великого Востока Франции знаю: а) Зарудного Александра] С[ергеевича]; б) Морозова Николая Александровича; в) Грузенберга Семена Оскаровича; г) Геккена Вениамина Григорьевича; д) Некрасова [Николая Виссарионовича]»п.
Уже находясь в Доме предварительного заключения, Астро-мов пишет 11 февраля 1926 г. письмо И.В. Сталину, где развивает мысль об использовании «красного масонства» не только как объединения коммунистически мыслящих интеллигентов, но и как «форму и маскировку, которую мог бы принять Коминтерн».
