ет он, мировое масонство самостоятельного значения в деле распада СССР не имело, так как у него не было здесь масонских лож. Но сейчас-то, после 1991 г., масонские ложи у нас уже есть и не одна, и, если следовать логике рассуждения О.Ф. Соловьева, влияние мирового масонства на внутриполитические события и внешнюю политику России должно бы быть весьма и весьма ощутимым. Однако у О.Ф. Соловьева на этот счет свое мнение. «Возрождение братств идет пока медленно, их воздействие на внутреннюю и внешнюю политику пока не просматривается. Доморощенные адепты при всем том понятно относятся к демократическому лагерю и содействуют его успехам», — уверяет нас О.Ф. Соловьев86. Почтенный ученый делает вид, что не знает, что русские масоны 1990-х гг. — это никакие не доморощенные, а самой что ни на есть европейской (французской) пробы, и ложи, в которых они состоят, самые что ни на есть настоящие или правильные ложи, утвержденные и признанные не только «Великой национальной ложей Франции», но и Великой ложей Англии. Однако с формальной стороны О.Ф. Соловьев безусловно прав. За годы своего существования в современной России русское масонство действительно так и не смогло добиться того, на что рассчитывало. Как пишет С.П. Карпачев, «хотя «Великая ложа России» признана большинством мировых послушаний консервативного направления, но российское королевское искусство не приобрело сколько-нибудь массовую социальную базу и не превратилось даже в минимально значимую общественную силу; оно не смогло обеспечить себя материальными средствами, создать свой центр (храм), наладить выпуск периодического издания. Вся история отечественного масонства показывает, что оно чуждо национальным устоям, заимствовано из иной цивилизации и, по крайней мере, в ближайшее время не имеет каких-либо серьезных перспектив развития»*1, — пессимистически заключает он.
И опять-таки с этим можно было бы согласиться, если бы мы не знали, что помимо масонства патентованного, официального в виде официальных масонских лож существует еще, прежде всего на Западе, и масонство неофициальное, или полума-сонство, адепты которого, разделяя взгляды и цели масонов, но не желая связывать себя рутинной работой в ложах над своей нравственностью, «кучкуются» преимущественно в разного рода элитарных масонских клубах, фондах и комиссиях: «Магистери-ум», «Ротари-клуб», «Пен-центр» и других. На Западе эти организации не только играют роль своеобразных филиалов масонских лож, но и зачастую прямо подменяют их.
О том, что такого рода клубы для элиты появились в 1990-е гг. и у нас, неоднократно сообщалось в печати. Не представляет большого секрета и состав их участников. Так что предположение, что именно здесь и следует искать скорее всего настоящих современных российских масонов, не лишено некоторых оснований. Справедливости ради следует отметить, что сами масоны
энергично отрицают это. «С масонством, — сетует, например, Г. Б. Дерганее, — часто путают «Лайнз-клуб», «Ротари-клуб», Мальтийский орден, «Бнай-Брит» и так далее, т.е. вольных каменщиков критикуют за деятельность других, сходных с ними организаций»^.
